Enterococcus faecium, Staphylococcus aureus, Klebsiella pneumoniae, Acinetobacter baumannii, Pseudomonas aeruginosa и Enterobacter spp. – являются представителями группы ESKAPE, характеризующейся наибольшей устойчивостью к антибиотикам.  В связи с широким распространением патогенов и их опасностью для системы здравоохранения актуальным остается поиск новых путей терапии бактериальных инфекций.

Антибиотики впервые были получены в начале двадцатого века, однако их повсеместно распространение началось в годы Второй Мировой Войны. На сегодняшний день спектр антибактериальных препаратов широк, но несмотря на это проблема устойчивости бактерий к ним стоит остро.

Актуальной задачей современной науки считается поиск преодоления резистентности бактерий к антибактериальным препаратам. Поскольку поиск новых классов веществ является долгим и дорогостоящим процессом, Применяют комбинированные схемы приема препаратов, модифицируют способы доставки антибиотиков к очагу инфекции в организме, изменяют строение молекул действующего вещества, используют адъюванты.

NK-клетки традиционно рассматриваются как часть противоопухолевого или противовирусного иммунитета. Однако в связи с появлением данных, свидетельствующих о наличии в них антибактериальных белков и способности проявлять цитотоксичность против клеток, зараженных внутриклеточными прокариотическими организмами, на сегодняшний день их можно рассматривать, как компонент антибактериального иммунитета.

Клетки линии NK-92 воспроизводят характеристики NK-клеток, обладают сходными свойствами. Кроме того, активно изучается возможность их применения в качестве компонента противоопухолевой терапии, проводятся клинические испытания, находящиеся на разных этапах. В совокупности с антибактериальными свойствами NK-клеток и вышеописанными фактами становится возможным применения клеток линии NK-92 как адъюванта при антимикробной терапии инфекций, вызванных устойчивыми к антибиотикам бактерий.

В обзоре представлены данные о возможности использования клеточной линии NK-92 и продуцируемых ими микровезикул (МВ) для борьбы с устойчивыми к антибиотикам бактерий группы ESKAPE. В настоящее время исследований в этой области недостаточно, однако изложенные в обзоре данные об NK-клетках позволяют предложить клеточную линию, воспроизводящую их характеристики и продуцируемые ими МВ, в качестве перспективного адъюванта антибактериальной терапии.

Ангиогенез – образование сосудов из уже существующих, рассматривается как один из этапов формирования сосудов. Описано два типа ангиогенеза: разветвляющий и неразветвляющий. Ангиогенез задействован как в физиологических, так и патологических процессах, что обусловливает интерес к его изучению со стороны биомедицины. Протекание ангиогенеза состоит из 6 этапов, находящихся под контролем факторов микроокружения, в том числе, цитокинов и ростовых факторов, каждый из которых может обладать активирующим (проангиогенным) или ингибирующим (антиангиогенным) эффектом. Лиганд-рецепторые взаимодействия клеток, окружающих место образования сосудов, также могут оказывать влияние на этот сложный процесс. На сегодняшний день молекулярные механизмы воздействия цитокинов и ростовых факторов, а также межклеточных взаимодействий на ангиогенез остаются не изученными в полной мере. Однако показано, что сигналы, получаемые при ангиогенезе его участниками – клетками эндотелия, вызывают запуск в них каскадов реакций, приводящих к изменению экспрессии генов, влияя на фенотип и функцию клеток, на характер протекание процесса образования сосудов. Целью обзора служила систематизация современных представлений об ангиогенезе, молекулярных механизмах, задействованных в этом процессе. В обзоре представлены данные о характеристиках популяций эндотелиальных клеток в растущем сосуде, этапах ангиогенеза и факторах, контролирующих формирование сосудов. В обзоре освещены последние данные о сигнальных путях PI3K/Аkt, MАPK/ЕRK, mTОR, RhоА, Rас, Notch, Smаd2/3, Smаd1/5/8, STАT3, STАT5, NF-κB и молекулах, индуцируемых в эндотелиальных клетках при их взаимодействии с цитокинами, ростовыми факторами, а также при активации некоторых поверхностных рецепторов эндотелия (VЕGFR1, VЕGFR2, VЕGFR3, Tiе1, Tiе2, FGFR, PDGFR-α, PDGFR-β, TNFR1, TNFR2, VЕ-кадгерин, TβRI, TβRII). Особое внимание уделено описанию взаимодействия TGFβ сигналинга с другими сигнальными путями при ангиогенезе. Также в обзоре представлены современные данные об ингибиторах сигнальных путей, которые могут быть использованы как при изучении ангиогенеза, так и при необходимости его коррекции в терапии. В обзоре суммированы данные о 29 ингибиторах, находящихся на разных стадиях внедрения – от исследований in vitro, до применения в клинической практике.

Обзор представляет собой комплексный анализ современных научных данных, посвященных герпетиформному дерматиту Дюринга. Основное внимание уделено углубленному пониманию иммунопатогенеза заболевания, в котором ключевую роль играют аутоантитела класса IgA, в первую очередь, направленные против трансглутаминазы эпидермиса. Дерматит Дюринга является специфическим кожным проявлением глютен-зависимой энтеропатии, что объясняет его неразрывную связь с целиакией. Даже при наличии классической клинической картины, включающей полиморфные зудящие высыпания, верификация диагноза требует обязательного морфологического подтверждения. «Золотым диагностическим стандартом» является прямая иммунофлуоресценция биоптата пораженной кожи, позволяющая выявить отложения IgA в сосочковом слое дермы. Серологическая диагностика, включающая определение антител к трансглутаминазе и эндомизию класса IgA, является высокочувствительным и специфичным неинвазивным методом. Она имеет ключевое значение не только для подтверждения дерматита Дюринга, но и для выявления сопутствующей целиакии, которая часто протекает малосимптомно или латентно. В этой связи, в обзоре подчеркивается необходимость обязательного обследования всех пациентов с дерматитом Дюринга на целиакию, включая, при наличии показаний, проведение эзофагогастродуоденоскопии с биопсией слизистой оболочки тонкой кишки. Акцент в работе сделан на актуальных алгоритмах терапии, которые базируются на двух основных стратегиях: строгая безглютеновая диета и назначение медикаментозной терапии. Безглютеновая диета - патогенетический метод лечения, приводящий к ремиссии кожного процесса, снижению уровня аутоантител и разрешению кишечной патологии. Однако ее эффект может быть отсрочен, что требует назначения медикаментозной терапии. Препаратом первой линии для контроля кожных проявлений остается дапсон, эффективность которого обусловлена подавлением активности нейтрофилов. В обзоре детально анализируются схемы его назначения, мониторинг безопасности, включающий контроль общего анализа крови, уровня глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы и метгемоглобина, а также потенциальные побочные эффекты. Для пациентов с рефрактерным течением или непереносимостью дапсона в статье проанализированы общепринятые методики и принципиально новые терапевтические стратегии. Среди них рассмотрены моноклональное антитело к CD20 – ритуксимаб, ингибиторы JAK-киназ и блокатор интерлейкинов-4 и -13 – дупилумаб. Особую практическую ценность обзора представляет систематизированный пошаговый алгоритм ведения пациентов, объединяющий все рассмотренные аспекты – от первичной диагностики с использованием высокоспецифичных серологических маркеров до долгосрочного контроля ремиссии. Этот алгоритм служит готовым инструментом для врача-клинициста, позволяя оптимизировать диагностику и лечение на основе последних достижений доказательной медицины, минимизировать риски терапии и существенно улучшить качество жизни пациентов.

Т-лимфоциты играют центральную роль в адаптивном иммунитете. Хелперные, цитотоксические,  регуляторные Т-клетки (Treg), нетрадиционные типы Т-клеток (γδT-клетки, естественные Т-клетки киллеры (NKT)), а также такие  подтипы Т-клеток, как инвариантные Т-клетки, ассоциированные со слизистой оболочкой MAIT) и интраэпителиальные лимфоциты CD8αα (lEL)) оказывают  помощь в  развитии гуморального иммунного ответа, уничтожении инфицированных и раковых клеток,  регуляции специфических и целевых иммунных реакций, достаточно успешно избегая при этом длительного воспаления и аутоиммунитета. Развитие Т- лимфоцитов осуществляется в несколько этапов, важнейшим из которых является формирование   аутотолерантности Т- клеток в тимусе. Являясь источником RTE (Recent Thymus Emigrant), наиболее ранних и антигенно наивных Т- клеток, выходящих из тимуса и фенотипически определяемых в периферической крови у человека, тимус создаёт необходимую среду для дифференцировки и селекции Т-клеток. Формирование центральной иммунной толерантности обусловлено взаимодействием наивных Т-клеток с микроокружением тимуса в медуллярной, корковой части и периваскулярном пространстве. Необходимое количество специфичных и аутотолерантных наивных клеток RTE, прошедших этапы отбора, постоянно экспортируется на периферию, способствуя установлению адаптивного иммунитета и центральной толерантности.

Сложные механизмы функционирования тимуса, обеспечивающие предотвращение аутоиммунных заболеваний с помощью процессов в корковом и мозговом веществе и включающие позитивный и негативный отбор и генерацию регуляторных Т-клеток (Tregs), воздействуют на структурный матрикс (кора и мозговое вещество) тимуса. Результаты этого воздействия зависят не только от среды, с которой контактирует организм, но и от изначальной структурной и функциональной устойчивости компонентов тимуса, недостаточность которых может привести к нарушениям и болезням органа, приводящем, в свою очередь, к сокрушительным последствиям для организма. Несмотря на сложности в изучении патогенеза аутоиммунных заболеваний, в настоящее время известно, что в их основе лежат нарушения структур, формирующих центральную аутотолерантность. Исследуется также вклад постепенного накопления генетических мутаций, изменения экспрессии генов, структурных и функциональных нарушений компонентов тимуса. Понимание молекулярных механизмов этих процессов необходимо для выявления диагностических биомаркеров, потенциальных контрольных точек и уточнения патогенеза аутоиммунных заболеваний, а также определяет возможные подходы к поддержанию или восстановлению функции тимуса и помогает разработать стратегии смягчения осложнений, связанных с инволюцией.

Герпесвирусные инфекции, обусловленные вирусами простого герпеса 1-го и 2-го типов, являются одной из наиболее острых и сложных проблем в системе здравоохранения, ввиду глобального распространение и способности вируса к пожизненной персистенции. Согласно актуальным данным, инфицированность населения вирусом простого герпеса 1-го типа достигает 3,752 миллиарда человек в возрасте до 49 лет. В свою очередь вирус простого герпеса 2-го типа инфицировал 491,5 миллиона человек в аналогичной возрастной группе. В Российской Федерации, несмотря на формальное снижение показателей заболеваемости за последние время, специалисты склоняются к тому что, это связанно с ошибками регистрации заболеваемости. Дать оценку истинной распространённости герпесвирусной инфекции на основании обращаемости и клинических данных не представляется возможным в силу частого бессимптомного течения и большого числа не диагностированных эпизодов заболевания. Клинические проявления данной инфекции варьируются от локальных поражений кожи и слизистых оболочек до крайне тяжёлых патологий центральной нервной системы: герпетический энцефалит и кератит, а также неонатальный герпес, характеризующийся крайне высокой инвалидзацией. Вирус простого герпеса 2-го типа также повышает риск инфицирования вирусом иммунодефицита человека в три-четыре раза, привлекая клетки-мишени в очаг воспаления. Иммунопатогенез заболевания базируется на сложном взаимодействии механизмов врожденной и адаптивной защиты иммунной системы. Врождённый иммунитет выступает первой линией защиты организма, где Toll-подобные рецепторы распознают компоненты вируса, запуская каскад сигнальных путей. Адаптивный иммунитет, обеспечивает последующий контроль патогена с помощью Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов. Особое значение имеют цитотоксические Т-лимфоциты, которые персистируют в серозных ганглиях и сдерживают реактивацию вируса из латентного состояния. Однако эффективность иммунного ответа ослабляется множеством сложных механизмов вирусной эвазии, которые вирус выработал в процессе эволюции: вирусные белки подавляют выработку интерферонов и полностью блокируют синтез белков клетки-хозяина. Сложные гликопротеины обеспечивают проникновение вируса в клетки и блокируют гуморальный ответ. Система интерферонов объединяет врождённый и адаптивный иммунитет, где интерфероны I и III типов обеспечивают местную защиту слизистых оболочек, а интерферон II типа координирует клеточный ответ. Это сложное противостояние между многоуровневой защиты организма и механизмами уклонения вируса герпеса обуславливает его пожизненное персистирование и делает герпесвирусные инфекции ключевой нерешённой задачей. Понимание этих молекулярных механизмов взаимодействия вируса и хозяина имеет решающее значение для разработки инновационных терапевтических стратегий, направленных на восстановление адекватного иммунного контроля.

Врожденные ошибки иммунитета, также известные как первичные иммунодефициты, - это группа генетических расстройств, влияющих на развитие и функционирование иммунной системы. В последнее время исследователи выделяют подгруппу врожденных ошибок иммунитета с атопическим фенотипом. Среди них большое место занимают синдромы гипер-IgE. Фундаментальные исследования, особенно, последней декады убедительно доказали связь тяжелых форм атопического дерматита (и других аллергических заболеваний) с моногенными нарушениями -  мутациями в различных экзонах генов. Установлено, что существует несколько различных врожденных ошибок иммунитета, которые фенотипически похожи на классический синдром гипер-IgE (синдром Йова), но генотипы заболеваний при этом сильно отличаются. Как известно, гены могут наследоваться через такие механизмы, как   усиление функции (GOF), потеря функции (LOF), доминантно-отрицательные эффекты (DN), а также  аутосомно-доминантный, аутосомно-рецессивный, X-связанные пути, или же может иметь место de novoразвитие заболевания. Так, на сегодня описано более 10 моногенных нарушений с фенокопией  синдрома гипер-IgE, связанных с дефицитом таких генов, как LOF и DN в гене STAT3, DOCK8;TYK2;IL6R; IL6ST;ZNF341;ERBIN; TGFBR (синдром Лойса-Дитца); фосфоглюкомутазы 3 (PGM3), CARD11; STAT6^GOF. Следует при этом иметь ввиду, что для многих из них существует ряд отличительных признаков (клинических, иммунологических и неиммунологических), которые могут быть уникальными.   Для диагностики таких состояний следует учитывать клинические проявления заболеваний (главным образом, это тяжелое течение атопического дерматита, рефрактерное к традиционной терапии, часто протекающие с осложнениями со стороны кожи, респираторного тракта и других систем, а также аномалиями со стороны скелетной мускулатуры, вовлечением аутоиммунитета и т. п.). Однако для подтверждения диагноза всегда требуется проведение генетического тестирования, что имеет также решающее значение в подборе современной таргетной терапии (и/или малых молекул и т.п.).  Этот обзор направлен на повышение осведомленности врачей об этой связи. Кроме того, эти знания помогут врачам в проведении правильной дифференциальной диагностики     тяжелого течения атопического дерматита и врожденных ошибок иммунитета с атопическим фенотипом, учитывая схожесть клинических симптомов заболевания, повышенный уровень IgE и эозинофилию в крови. Вскоре, по всей вероятности, расширит генетический спектр синдромов гипер-IgE еще несколько новых вариантов врожденных ошибок иммунитета с атопическим фенотипом.

Внебольничная пневмония – одно из самых распространенных инфекционных заболеваний. По данным Всемирной организации здравоохранения инфекции нижних дыхательных путей являются одной из лидирующих причин смерти. Для практической медицины большой интерес представляет выявление предикторов тяжелого течения и летального исхода пневмонии. Прогнозирование течения заболевания позволяет определить тактику ведения пациента и своевременно госпитализировать больного. Цель исследования – провести анализ научной литературы для определения предикторов тяжелого течения и летального исхода пневмонии. Для подбора литературы были использованы базы Elibrary, Cyberleninca, Pubmed, Google Scholar. Определение количества лейкоцитов и их популяций в крови является наиболее доступным методом обследования, который отражает иммунные реакции, происходящие в организме. Установлена связь между снижением уровня эозинофилов в крови и тяжелым течением воспалительных заболеваний легких. По данным исследователей повышение относительного числа нейтрофилов и соотношение нейтрофилов и лимфоцитов могут быть использованы для прогнозирования исхода пневмонии, а снижение абсолютного числа лимфоцитов ниже 0,724*10^9/л является независимым предиктором 30-дневной летальности. Определение биохимических маркеров позволяет комплексно оценить состояние больного. Так, уровень альбумина в крови позволяет определить нутритивный статус пациента, кроме того, он обладает иммуномодулирующей активностью и участвует в борьбе с патогенами. У тяжелых больных наблюдается не только гипоальбуминемия, но и повышение уровней креатинина и азота мочевины. В клинических исследованиях также была продемонстрирована связь между уровнем мозговых пептидов и летальностью у пациентов с сопутствующей сердечно-сосудистой патологией. С-реактивный белок является одним из основных показателей степени тяжести внебольничной пневмонии, используемых в клинической практике, наравне с прокальцитонином. В зарубежной литературе большое внимание уделяется пентраксину-3 как показателю тяжелого течения и предиктору наступления летального исхода. В регуляции иммунного ответа на патогены важную роль играют цитокины, уровни которых меняются в ответ на развитие воспалительной реакции. Однако для комплексной оценки состояния пациента необходимо использование прогностических шкал. Наличие большого количества существующих и вновь предлагаемых шкал является отражением текущего состояния проблемы, заключающейся в отсутствии в настоящее время методики, полностью удовлетворяющей требования практической медицины. Для полной оценки в прогностических шкалах требуется учитывать иммунологические показатели.

Аллергические заболевания представляют комплексную социальную и медицинскую проблему ввиду возрастающей распространенности в популяции. Изучение их патогенеза имеет решающее значение для разработки новых методов диагностики и лечения. Трудность ведения пациентов с этой патологией усугубляется непростой диагностикой триггеров, разнообразием вероятных механизмов развития реакций, а также сложным выбором оптимальных схем терапии. Аллергические заболевания женского генитального тракта слабо освещены в литературе, несмотря на то, что представляют собой важную многоаспектную клиническую проблему, сочетающую элементы дерматологических, инфекционных и иммунологических нарушений. Целью работы стало обобщение данных об иммунопатогенезе аллергии в контексте новой концепции гиперчувствительности с акцентом на реакции в женском генитальном тракте. В статье представлен систематизированный обзор современных представлений о типах гиперчувствительности согласно расширенной классификации EAACI-2023 с указанием возможных триггеров, клеток-участников аллергического воспаления с инициирующими, дифференцировочными и эффекторными функциями, а также существенных гуморальных факторов с учетом основных стадий аллергической реакции. Акцент сделан на дополнительно выделенных типах гиперчувствительности, в которых ведущим фактором является нарушение эпителиального барьера, ожирение, дисбиоз слизистых и кожи или активация клеток-эффекторов не-IgE-опосредованными путями. Продемонстрировано, что аллергический компонент у пациенток гинекологического профиля не является редкой находкой. В развитии аллергических реакций женского генитального тракта могут быть задействованы любые типы гиперчувствительности, а также их сочетание. Проведен анализ возможных механизмов развития реакций гиперчувствительности при аллергическом контактном дерматите вульвы, аллергическом дерматите аногенитальной области и вульвовагините, ирритантном контактном дерматите вульвы, кандидозном вульвовагините. Подчеркнуто, что для эффективного лечения необходим комплексный подход – настороженность акушера-гинеколога в плане возможных причин дискомфорта аллергического характера, диагностика с использованием оптимального набора тестов для определения триггеров реакции и корректные рекомендации по устранению провоцирующих факторов и назначению терапии. В прикладном аспекте изучения патогенеза аллергических заболеваний рассмотрены возможные новые диагностические биомаркеры и мишени для купирования избыточного воспаления с помощью таргетных препаратов. Современная концепция иммунопатогенеза аллергии предлагает теоретическое обоснование для персонализации диагностики и лечения, учитывая преобладающий механизм гиперчувствительности. Применение патогенетически обоснованных лабораторных тестов позволит оптимизировать диагностику и терапию аллергических заболеваний различного, в том числе гинекологического, профиля для улучшения качества жизни пациентов.

Клиническая картина иммуновоспалительных ревматических заболеваний (ИВРЗ) характеризуется полисиндромностью, поражением всех внутренних органов, прогрессированием воспалительного процесса, отсутствием чётких диагностических и дифференциально-диагностических критериев. В настоящее время теоретической платформой, позволяющей обосновать патогенетические причинно-следственные связи при ИВРЗ, является концепция системного стерильного воспалительного процесса в рыхлой волокнистой неоформленной соединительной ткани, обусловленного выделением провоспалительных DAMPs, взаимодействием DAMPs с PRR дендритных клеток, а также клеток макрофагально-моноцитарного ряда, индукцией деструктивного DAMP-специфического иммунного ответа в форме продукции полиорганных DAMP-специфичных ауто-АТ, гиперпродукцией провоспалительных цитокинов (IL-1, IL-1β, TNF-α, IL-18, IL-33, IFN-,    IFN-, IFN-), экспансии DAMP-специфических ауто-реактивных Th1- и Th17-лимфоцитов и ингибиции регуляторны Т-лимфоцитов (Тreg). Источником внутриклеточных провоспалительных DAMPs при ИВРЗ являются некроз, апоптоз, пироптоз, некроптоз клеток воспалительного инфильтрата а также автономный вариант воспалительной гибели клеток – ПАНоптоз. Современные данные свидетельствуют о том, что апоптоз, пироптоз и некроптоз представляют собой не изолированные формы программируемой клеточной гибели, а взаимосвязанные звенья единого интегративного механизма, названного ПАНоптозом. В условиях хронического стерильного воспаления, характерного для ИВРЗ, активация ПАНоптоза приводит к массивному высвобождению DAMP-молекул и провоспалительных цитокинов, формируя самоподдерживающийся порочный круг. Активное участие в прогрессировании стерильного воспаления при ИВРЗ принимают внеклеточные соединительнотканные DAMPs - бигликан, декорин, люмикан, фибромодулин гиалуронан, версикан, аггрекан и др. Указанные DAMPs, взаимодействуя PRR-рецепторами клеток врождённого иммунитета, индуцируют провоспалительный, полиорганный, деструктивный иммунный ответ с дальнейшим прогрессированием стерильного воспаления. В работе представлен анализ молекулярно-клеточных процессов, позволивший обосновать формирование самоподдерживающегося порочного круга при ИВРЗ: «вероятные этиологические факторы при ИВРЗ (ауто-АГ, микроорганизмы, УФО и др.) → гибель клеток → выделение провоспалительных DAMPs → PRR-DAMPs взаимодействие → индукция ПАНоптоза → выделение новых провоспалительных DAMPs паноптотическими клетками →  прогрессирование стерильного воспаления».

Есть все основания считать, что ПАНоптоз-активацию стерильного воспаления при ИВРЗ можно использовать в качестве критерия активности заболевания и прогностического маркера терапевтического ответа. Изучение сигнальных путей, адапторных молекул, транскрипционных факторов PRR-DAMPs-взаимодействия позволило обозначить “контрольные точки” таргетной терапии при ИВРЗ. Ими могут быть: белок 1, связывающийся с Z-ДНК (ZBP1), рецептор-взаимодействующие серин/треониновые киназы 1 и 3 (RIPK1 и RIPK3), NLRP3-инфламмасома, каспаза-8, как “молекулярный регулятор” гибели клеток, способствующей ПАНоптозу. Таким образом получает право на существование терапия ИВРЗ на основании знаний молекулярно-клеточных процессов при воспалительной гибели клеток. Реализация этой концепции открывает перспективы создания новых диагностических тестов, таргетных препаратов и персонализированных протоколов лечения при ИВРЗ.

Врожденные дефекты иммунитета (ВДИ) представляют собой тяжелые, генетически детерминированные, хронические заболевания, возникающее в результате утраты, уменьшения или неправильного функционирования звеньев иммунной системы. Клиническая картина заболевания и обстоятельства жизни человека с ВДИ, выводят данную категорию пациентов в разряд особо уязвимой с точки зрения развития психических нарушений, а уже возникшие проблемы ментального характера по принципу «порочного круга» могут усугублять физическое состояние, повышать частоту госпитализаций, создавая дополнительную нагрузку на систему здравоохранения. Пациент с уже диагностированным ВДИ нуждается в пожизненной заместительной терапии иммуноглобулином, что создает дополнительные специфические трудности ятрогенного и социально-психологического характера: регулярное посещение медицинских учреждений, многократные инфузионные процедуры, «игольная фобия», зависимость жизни от медикаментозного сопровождения, «лекарственная тревога» и др. Важно отметить, что хронические стрессовые состояния, в свою очередь, часто приводят к значимой иммуносупрессии, что подчеркивает важность учета их роли в развитии психических и ухудшении иммунных расстройств у пациентов с ВДИ. В свою очередь, нарушения в работе иммунной системы могут играть этиологическую роль в развитии психических расстройств посредством постинфекционной активации микроглии и микробного дисбиоза. В Российской Федерации (РФ) среднее время от появления симптомов до установления диагноза ВДИ приблизительно составляет 17 лет, что за такой продолжительный период времени приводит не только к существенному ухудшению здоровья пациента, но и к комплексному снижению качества жизни, социального функционирования, к утрате трудоспособности и другим последствиям психологического характера. Целью данной работы являлось проведение анализа накопленных отечественных и зарубежных научных публикаций по вопросам психологического благополучия пациентов с ВДИ для определения роли психологического сопровождения в комплексной терапии взрослых с врожденными дефектами иммунитета (первичными иммунодефицитами) и основных направлений в работе медицинского психолога с данной группой пациентов. Представлен обзор психосоциальных аспектов жизни пациентов с ВДИ, исследований по вопросам имеющихся у них психических нарушений, удовлетворенности качеством жизни. Рассмотрены основные принципы и возможные направления в работе медицинского психолога с пациентами, страдающими ВДИ, при соблюдении которых будет реализована системная и последовательная работа, индивидуальный подход с учетом особенностей каждого отдельного пациента, а также долгосрочный характер интервенций. По результатам проведенной работы сделан вывод о том, что специфические психосоциальные факторы заболевания, а также тесная взаимосвязь функционирования психики и иммунной системы человека создают уникальный психологический профиль пациентов c ВДИ, требующий описания и уточнения в рамках мультидисциплинарных научных исследований.

Глиобластома является наиболее агрессивной первичной опухолью мозга с крайне неблагоприятным прогнозом. Несмотря на стандартный протокол (хирургия, лучевая терапия и темозоломид), медиана общей выживаемости не превышает 16 месяцев, а рецидивы практически неизбежны. Иммунотерапия с использованием натуральных киллеров представляет собой перспективное направление благодаря способности этих клеток уничтожать опухолевые мишени без предварительной сенсибилизации и отсутствию риска реакции «трансплантат против хозяина» при аллогенном применении.

Цель обзора – систематизация и критический анализ современных данных о разработке терапии на основе NK-клеток и CAR-NK для лечения глиобластомы, а также выявление ключевых барьеров клинического применения.

В рамках исследования был проведен анализ публикаций баз PubMed и ClinicalTrials за последнее десятилетие, посвященных доклиническим исследованиям и клиническим испытаниям I-II фазы. Всего отобрано 25 доклинических и 10 клинических исследований.

В доклинических исследованиях наряду с иммортализованными клеточными линиями U87, U251 и 3D-сфероидными культурами стандартом стало использование ортотопических ксенографтов на иммунодефицитных мышах линии NSG с трансплантацией первичных глиомных стволовых клеток пациентов. Данная модель учитывает внутриопухолевую гетерогенность, микроокружение и вариабельность между разными пациентами. Наибольшую эффективность демонстрируют CAR-NK клетки, нацеленные на антигены GD2, CSPG4 и EGFRvIII, при локальном интратуморальном или интравентрикулярном введении.

Анализ 10 клинических исследований показал доминирование подходов с применением аллогенных NK-клеток и локальных способов введения. Среди завершённых исследований наилучший показатель медианы общей выживаемости 22,5 месяца достигнут при использовании аллогенных NK-клеток из периферической крови с многократными внутривенными инфузиями. В клинических протоколах применялись различные дозировки и схемы введения от однократных инъекций до многократных курсов, однако стандартизация режимов дозирования отсутствует.

Предварительные данные об эффективности терапии ограничены и требуют подтверждения в контролируемых исследованиях на большем объёме выборки пациентов. Выявлены три основных препятствия: проблема доставки через гематоэнцефалический барьер; иммуносупрессивное микроокружение глиобластомы (опосредованное TGF-β, лигандами NKG2A и PD-L1); отсутствие стандартизированных протоколов и доказательств эффективности III фазы. Рассмотрены стратегии преодоления барьеров, включающие генетическую инженерию клеток (CAR-конструкты, нокаут TGF-βR2 и NKG2A, экспрессия IL-15 для длительной персистенции), комбинацию с ингибиторами контрольных точек и таргетными препаратами.

В данном обзоре приведены рекомендации по оптимизации доклинического моделирования и планирования дальнейших клинических исследований для оценки потенциала NK-клеточной терапии с учётом комплексных инженерных подходов и локальной доставки.

Являясь одним из двух центральным органом иммунной системы организма, тимус является единственным местом воспроизводства Т лимфоцитов. Установлено, что, по существу, после эпифиза, тимус является вторым органов у человека, который подвержен процессу инволюции, причем уже с первого года жизни, когда из тимуса на периферию мигрирует ежедневно достаточное количество Т-клеток в составе CD4+, CD8+ Т-клеток и Treg элементов. Однако оказалось, что на этом не заканчивается миграционная активность органа. Установлено, что в процессе онтогенетического развития тимус представляет собой орган, в который постоянно мигрируют иммунокомпетентные клетки с периферии. Прежде всего к ним относятся предшественники тимоцитов, которые мигрируют из костного мозга. Также в тимус мигрируют с периферии и другие иммунокомпетентные клетки, включая дендритные клетки и В-лимфоциты. Представляет значительный интерес миграция в тимус Т-клеток с периферии, которые перед этим мигрировали, наоборот, из тимуса на периферию. При этом, к старости эти реэмигранты вносят значительный вклад в общую клеточность органа. Эти реэмигранты несут на себе целый функциональных нагрузок, а не являются пассивными жителями тимуса.

Показано, что принимают участие в процессах как в позитивной, так и негативной селекции. Т-клетки памяти после миграции в тимус продолжают там оставаться в течение неопределенного времени. Они оказывают поддержку функциональной активности эпителиальных клеток тимуса.  Реэмигрирующие в тимус зрелые Treg тормозят производство новых регуляторных клеток, тем самым принимая участие также в процессе инволюции тимуса. Несомненно, что обратные тимические реэмигранты вносят свой вклад в иммунопатогенез многих иммунокомпрометированных заболеваний. Оценка показателей функции тимуса в раннем возрасте даст возможность раннего диагностирования нарушений функционирования тимуса, а это значит и всего иммуно-структурного гомеостаза с последующим проведением терапевтических мероприятий в отношении коррекции нарушений функций тимуса.

Генитальный эндометриоз остаётся сложной клинической проблемой из‑за недостаточной диагностики и ограниченного арсенала методов лечения. Существующие научные концепции не позволяют в полной мере объяснить причины и механизмы развития этого заболевания, что подчёркивает актуальность углублённого изучения его патогенеза. Всё большую значимость приобретает исследование иммунных механизмов, поскольку они играют ключевую роль в формировании и прогрессировании патологических изменений при эндометриозе. Особое внимание уделяется γδТ‑клеткам — важным участникам иммунных реакций, задействованным как во врождённом, так и в адаптивном иммунитете. Разнообразие субпопуляций γδТ‑лимфоцитов обуславливает их вовлечённость в широкий спектр биологических процессов: отдельные субпопуляции могут проявлять как синергические, так и антагонистические функции, что потенциально влияет на течение заболевания. Эти клетки способны секретировать различные цитокины, участвовать в цитотоксических реакциях и регулировать активность других иммунных клеток, создавая сложную сеть взаимодействий в микроокружении эндометриоидного очага. В обзоре детально анализируется клеточный состав эндометриоидного очага с акцентом на экспрессии поверхностных рецепторов и молекулах, обеспечивающих межклеточные взаимодействия. Проводится сравнительная оценка иммунопатогенеза трёх групп патологий репродуктивного тракта — генитального эндометриоза, миомы матки и опухолевых процессов. Такой подход позволяет выявить общие и специфические иммунологические механизмы, лежащие в основе данных заболеваний, и уточнить роль отдельных клеточных популяций в их развитии. Кроме того, систематизированы данные о ключевых субпопуляциях γδТ‑клеток, включая их распределение и соотношение в различных тканях организма, возрастные изменения этих показателей, фенотипические характеристики и функциональные особенности, а также экспрессию контрольных точек иммунитета, которые играют роль в регуляции иммунного ответа. Отмечается, что баланс активирующих и ингибирующих сигналов, опосредованных контрольными точками иммунитета, может определять направленность иммунного ответа и влиять на прогрессирование эндометриоидных поражений. Приводятся актуальные сведения о роли γδТ‑лимфоцитов в развитии генитального эндометриоза и опухолевых заболеваний репродуктивной системы, которые могут послужить основой для изучения и дальнейшей разработки новых диагностических маркеров, поиска перспективных терапевтических мишеней и совершенствования стратегий лечения эндометриоза с учётом иммунологических механизмов его патогенеза. Обзор расширяет понимание роли иммунных клеток в патофизиологии эндометриоза и смежных патологий, открывая новые направления для клинических и фундаментальных работ в этой области.

Описательный обзор посвящен анализу данных литературы о характеристике иммунной системы и ее роли в патогенезе длительного COVID-19. Рассматриваются определения длительного COVID-19, его распространенность, сведения о гетерогенности клинических проявлений, затрудняющей своевременную постановку диагноза при отсутствии информативных биомаркеров, а также факторы риска. Подчеркивается, что механизмы, лежащие в основе длительного COVID-19, до конца не изучены;  одна из существующих гипотез отводит центральную роль в длительном сохранении клинических симптомов взаимодействию персистирущего вируса и измененной иммунной системы. Анализ характеристик врожденного иммунитета свидетельствует о провоспалительном характере изменений фагоцитов и тучных клеток, компонентов системы комплемента, цитокинов. Активация клеток врожденного иммунитета более выражена при некоторых фенотипах  длительного COVID-19, в частности, у больных с неврологическими и сердечно-сосудистыми проявлениями. Еще одним механизмом персистирующего воспаления являются изменения  адаптивного иммунитета, включающие устойчивую активацию  Т-клеток, специфичных к антигенам SARS-CoV-2, у больных длительным COVID-19, а также снижение выраженности ответа CD4+ Т-клеток на антигены SARS-CoV-2 у лиц из группы выздоровевших и повышение содержания Т-клеток памяти у больных длительным COVID-19. Это персистирующее воспаление наряду с изменениями ткани  и стрессовой  реакции способствует дисфункции иммунной системы  и неспособности элиминировать остаточный вирус, создавая порочный круг. Подчеркивается, что изменения субпопуляций Т-клеток с различными маркерами активации не всегда связаны с длительным COVID-19, тогда как биомаркеры, связанные с антигенами   SARS-CoV-2, гораздо более информативны. Сведения о наличии аутоантител  при длительном COVID-19 противоречивы и зависят от метода их определения, биоматериала и клинических различий обследуемых больных. Наряду с накоплением доказательств роли аутоиммунных реакций в развитии симптомов длительного COVID-19,  описан ряд крупномасштабных исследований, указывающих на более высокую частоту возникновения новых аутоиммунных заболеваний у людей после COVID-19 по сравнению с контрольными группами. Считается, что выявленные изменения в иммунной системе обусловлены скрытой персистенцией SARS-CoV-2 и реактивацией других вирусов. Таким образом, больные с длительным COVID-19 -  это, как правило, разнородная по клиническим характеристикам и патогенезу группа с хроническим воспалением, и дальнейшее понимание патогенеза длительного COVID-19 будет возможно только при выделении отдельных  фенотипов и эндотипов, которые станут основой для разработки методов дифференцированной терапии. 

Хронический вирусный гепатит С (ХВГС) является одной из важнейших проблем здравоохранения. В большинстве случаев инфицирования вирусом гепатита С, инфекция переходит в хроническую форму, для которой характерно развитие фиброза и цирроза печени. При воспалительных процессах в печени вырабатывается большое количество различных цитокинов и хемокинов, которые способны оказывать как протективное, так и повреждающее действие, в частности приводить к гибели гепатоцитов и прогрессированию фиброза печени. Также в патогенезе ХВГС установлено участие ряда ростовых факторов. Целью исследования стала комплексная оценка широкого спектра цитокинов, хемокинов и ростовых факторов в плазме крови больных ХВГС в зависимости от стадии фиброза печени. В исследование было включено 63 пациента с диагнозом «ХВГС», которых в зависимости от стадии фиброза печени разделили три группы. Контрольную группу составили условно здоровые лица (n=32). В плазме крови определяли концентрации следующих цитокинов: интерлейкинов и некоторых цитокинов (IL-1α, IL-1β, IL-1RA, IL-2, IL-4, IL-5, IL-6, IL-7, IL-9, IL-10, IL-12 (p40), IL-12 (p70), IL-13, IL-15, IL-17A, IL-17-E/IL-25, IL-17F, IL-18, IL-27, IFNα, IFNγ, TNFα, TNFβ); хемокинов (CCL2/MCP-1, CCL3/MIP-1α, CCL4/MIP-1β, CCL7/MCP-3, CCL11/Eotaxin, CCL22/MDC, CXCL1/GROα, CXCL8/IL-8, CXCL9/MIG, CXCL10/IP-10, CX3CL1/Fractalkine) и ростовых факторов (EGF, FGF-2, Flt-3L, G-CSF, M-CSF, PDGF-AA, PDGF-AB/BB, TGFα, VEGF-A) методом мультиплексного анализа, основанного на xMAP-технологии. Для статистического анализа применяли методы непараметрической статистики. В результате исследования установлены повышенные концентрации цитокинов IL-12 (p40), IL-15, IL-17E/IL-25, IL-27, IFNγ, TNFα, хемокинов CXCL9/MIG и CXCL-10/IP-10 и ростовых факторов FGF-2 и M-CSF при всех стадиях фиброза печени. При тяжелом фиброзе/циррозе печени обнаружены повышенные концентрации цитокинов IL-1α, IL-1β, IL-2, IL-6, IL-9, IL-10, IL-17F, IFNα, TNFβ, хемокинов CCL2/MCP-1, CCL11/Eotaxin, CCL22/MDC и ростовых факторов G-CSF, TGFα, Flt-3L. Корреляционный анализ выявил связь высокой степени значимости между тяжестью фиброза печени и содержанием цитокинов IL-6, IFNγ, TNFα, IL-7, хемокинов CCL2/MCP-1, CCL11/Eotaxin, CXCL9/MIG, CXCL10/IP-10, CXCL1/GROα, ростовых факторов TGFα, PDGF-AA, PDGF-AВ/ВВ. Таким образом, выявлен определенный профиль цитокинов, характерный для ХВГС, обнаружены цитокины, хемокины и ростовые факторы, значимые для фиброза печени при ХВГС.

В последнее время одним из важных направлений научных исследований является связь между аутоиммунными заболеваниями и атопией. Есть сведения о взаимосвязи между атопией и псориазом. Проведенные нами исследования показали, что в ряде случаев псориаз и атопия (в частности пищевая аллергия) имеют причинно-следственную связь, которая доказана не только установлением сенсибилизации, но и положительным эффектом элиминации на фоне элиминационной терапии. Таким образом, изучение концентрации sIgE к 44 причинно-значимым аллергенам с помощью тест-системы PROTIA™ Allergy-Q (атопическая панель) методом иммуноблотинга в настоящем исследовании представляет особую актуальность.
Цель исследования: провести сравнительный анализ наличия аллерген-специфических IgE к пищевым, грибковым, пыльцевым, бытовым и эпидермальным аллергенам в сыворотке крови больных псориазом методом иммуноблотинга с помощью тест-системы Allergy-Q®.
Материалы и методы. В исследование включены больные псориазом (ПС, 1 группа, n=51). В качестве группы сравнения – больные атопическим дерматитом (АД, 2 группа, n=20). Средний возраст больных 1 группы составил 40,0±1,8 лет, 2 группы – 25,0±2,0 лет. Контрольную группу составили практически здоровые, сопоставимые по полу и возрасту с больными (3 группа, n=19).
Всем больным проводилось специфическое аллергологическое обследование, включающее сбор аллергологического анамнеза, определение уровня общего иммуноглобулина Е (IgE) в сыворотке крови и спектра сенсибилизации на основании анализа концентрации аллерген-специфических IgE (sIgE) к 44 наиболее распространенным аллергенам в сыворотке крови методом иммуноблотинга с помощью тест-системы Allergy-Q® (атопическая панель) (Корея). Статистическую обработку полученных результатов проводили с помощью прикладных программ «Statistica 8.0».
Результаты исследования. Концентрация общего иммуноглобулина Е в сыворотке крови была статистически значимо выше в группе больных АД в сравнении с ПС и контролем. Сенсибилизация атопического генеза отмечена у 35,3% (n=18) больных псориазом и у 90% (n=18) больных атопическим дерматитом. В группе больных АД наиболее значимым пищевым аллергеном являлся персик в сравнении с группой больных ПС и контролем. Сенсибилизация к картофелю, рису, арахису, персику была статистически значимо выше в группе больных ПС в сравнении с контролем. 
В группе больных АД наиболее распространенным пыльцевым аллергеном являлась пыльца полыни. В группе больных АД сенсибилизация к пыльце амброзии, полыни, смеси ольха-береза была статистически значимо выше в сравнении с контрольной группой. При псориазе установлена наибольшая частота встречаемости сенсибилизации к пыльце амброзии в сравнении с группой больных АД и контрольной группой. 
При анализе структуры сенсибилизации к грибковым аллергенам установлено, что сенсибилизация к Candida albicans определена статистически значимо чаще в группе больных ПС в сравнении с группой больных АД и контролем. Отмечено повышение частоты встречаемости сенсибилизации к эпителию кошки и собаки в группах больных ПС и АД в сравнении с контрольной группой. В группе больных ПС отмечено статистически значимое повышение частоты встречаемости сенсибилизации к Staphylococcal enterotoxin B в сравнении с группой больных АД и контролем. 
Заключение. Таким образом, проведенное нами исследование должно привлечь внимание к проблеме повреждения кожи при псориазе с позиции аллерголога-иммунолога. Это обосновывает необходимость специфического аллергологического обследования больных псориазом с целью установления причинно-значимых аллергенов, особенно в случае тяжелого течения заболевания.

Наши современные знания о транскриптомных особенностях популяций моноцитов при раке простаты остаются весьма ограниченными. Это связано со сложностью исследования гетерогенных циркулирующих иммунных клеток, которая обусловлена изменчивостью клеточных фенотипов и антигенной экспрессией в опухоли. Применение секвенирования единичных клеток представляет возможность изучить транскрипционный профиль моноцитов, что может помочь ответить на многие вопросы, связанные с ролью различных субпопуляций моноцитов в формировании иммунного микроокружения опухоли у пациентов с раком простаты.

Целью исследования было охарактеризовать вклад транскриптомных особенностей субпопуляций моноцитов в формирование иммунного микроокружения при раке предстательной железы.

В исследование были включены 3 пациента с ацинарной аденокарциномой предстательной железы и 1 пациент с мелкоацинарной аденокарциномой предстательной железы. Транскриптомный профиль моноцитарных клеток периферической крови был получен с помощью секвенирования одноклеточной РНК (scRNA-seq). Подсчетные матрицы были получены с помощью Cell Ranger и проанализированы в R/Seurat с учетом дублетов (scDblFinder) и фильтрации низкокачественных клеток. После нормализации (SCTransform), интеграции (Harmony) и кластеризации (UMAP, PCA, FindClusters), кластеры аннотировали в Azimuth, а взаимодействия лиганд–рецептор исследовали с помощью CellChat.

Анализ транскриптомного профиля моноцитарных клеток с помощью секвенирования одноклеточной РНК (scRNA-seq) показал, что среди высокоэкспрессированных генов классических моноцитов прослеживается сеть, направленная на увеличение уровня провоспалительности иммуносреды (S100A8, S100A9, IL-6). Неклассические моноциты характеризовались повышением TRPC6, компонентами NO/cGMP‑сигналинга (GUCY1A1/B1) и Sema3A, ассоциированными с ангиогенезом, рекрутированием моноцитов и их поляризацией в иммуносупрессивные фенотипы. Промежуточные моноциты демонстрировали активацию регуляторно‑миграционных программ (ETS1, CCL5) вместе с элементами T‑клеточного взаимодействия (CD3E, CD247, SKAP1) и IL‑сигналинга. Сигнальные профили моноцитарных субпопуляций при раке простаты демонстрируют разнообразие как в исходящих, так и во входящих путях, отражая их функциональную неоднородность. Отмечаются особенности, связанные с активацией TGFβ-, галлектинового и TRAIL-сигналинга, что указывает на участие различных субтипов моноцитов в формировании межклеточных взаимодействий в опухолевом микроокружении.

Таким образом, проведенный анализ подчеркивает важную роль транскриптомных особенностей субпопуляций моноцитов в организации межклеточных взаимодействий и формировании иммунного микроокружения при раке простаты.

Фосфорилирование белка STAT1 по серину 727 (pSTAT1_S727) представляет собой ключевое посттрансляционное изменение, функция которого в противоопухолевом иммунном ответе при злокачественных опухолях центральной нервной системы (ОЦНС) остается недостаточно изученной. Данное исследование было направлено на определение роли pSTAT1_S727 в иммунной модуляции при наиболее агрессивной опухоли мозга – глиобластоме. Результаты работы продемонстрировали, что фосфорилирование STAT1_S727 тесно связано с активацией системы противоопухолевого иммунитета. Была выявлена положительная корреляция уровня pSTAT1_S727 с экспрессией генов, кодирующих компоненты главного комплекса гистосовместимости I класса (MHC-I), и других генов, вовлеченных в процесс презентации опухолевых антигенов. Это указывает на то, что pSTAT1_S727 играет важную роль в усилении способности клеток глиобластомы к презентации антигенов, что является критически важным этапом для распознавания опухоли иммунной системой. Более того, высокий уровень pSTAT1_S727 статистически значимо коррелировал с увеличением интенсивности инфильтрации опухоли цитотоксическими CD8+ T-лимфоцитами. Эти наблюдения были последовательно подтверждены как на данных, полученных от пациентов с глиобластомой, так и в экспериментальных мышиных моделях, что подчеркивает значимость выявленной взаимосвязи. Таким образом, фосфорилирование STAT1_S727 идентифицировано как важный молекулярный фактор, способствующий инициации иммунного распознавания глиобластомы через усиление антигенной презентации и привлечение эффекторных T-лимфоцитов. Однако, несмотря на эту провоспалительную роль, анализ выживаемости пациентов не выявил ассоциации высокого уровня pSTAT1_S727 с улучшением общей продолжительности жизни. Это отсутствие клинического преимущества, вероятно, объясняется глубокой иммуносупрессивной средой, характерной для глиобластомы, где инфильтрирующие T-клетки часто находятся в состоянии функционального истощения, а опухоль активно использует механизмы ускользания от иммунного ответа. Следовательно, активация сигнального пути pSTAT1_S727, хотя и необходима для запуска иммунного ответа, сама по себе недостаточна для преодоления иммуносупрессии и достижения значимого терапевтического эффекта. Полученные данные подчеркивают необходимость комбинированных стратегий, которые одновременно усиливают инициацию иммунного ответа (например, через активацию STAT1) и блокируют механизмы T-клеточного истощения в микроокружении опухоли.

Злокачественные новообразования (ЗНО) центральной нервной системы (ЦНС) имеют низкую иммуногенность, что ограничивает эффективность терапии и способствует неблагоприятному прогнозу для пациентов с данной патологией. В связи с этим становится актуальной разработка новых подходов к терапии, направленных на активацию противоопухолевого иммунного ответа. Важным кандидатом на роль регулятора молекулярных механизмов  роста и пролиферации опухолей является атипичная циклин-зависимая киназа 5 (CDK5). Она участвует как в прогрессии опухоли и метастазировании, так и в обеспечении ускользания от ответа иммунной системы через регуляцию экспрессии молекул главного комплекса гистосовместимости первого класса (MHC-I) и контрольных точек иммунного ответа. Однако влияние CDK5 на функциональное состояние Т-клеточных субпопуляций и экспрессию ключевых цитотоксических эффекторов в микроокружении первичных и метастатических злокачественных новообразований остается малоизученным. Цель исследования – изучить влияние нокдауна гена Cdk5 в опухолевых клетках ЦНС мышиной модели на функциональный статус цитотоксических Т-лимфоцитов в микроокружении злокачественных опухолей чтобы сопоставить экспериментальные результаты с клиническими данными пациентов с диагностированными опухолями ЦНС. Задачи включали: (1) анализ профиля экспрессии генов, ассоциированных с Т-клеточным ответом, по данным scRNA-seq в мышиной модели заболевания при нокдауне Cdk5; (2) валидацию изменений инфильтрации и экспрессии эффекторных молекул методом иммуногистохимии (ИГХ); (3) биоинформатическую оценку корреляции между уровнями экспрессии CDK5 и цитотоксических генов в когортах пациентов с метастазами головного мозга и первичной глиобластомой на основе bulk- и scRNA-seq; (4) анализ влияния экспрессии эффекторных молекул на общую выживаемость пациентов. Полученные результаты демонстрируют влияние уровня экспрессии гена CDK5 на транскрипционную активность генов основных эффекторных молекул T-лимфоцитов, таких как перфорин и гранзимы. Следствием из проведенного анализа может быть возможность формулировки более точных прогнозов выживаемости пациентов исходя из уровня экспрессии CDK5 и эффекторных молекул. Для полного понимания механизмов этого иммуномодулирующего эффекта необходимы дальнейшие исследования, направленные на выяснение условий и характеристик, способствующих иммуномодулирующему эффекту CDK5.

Ряд исследований выявил связь генетических вариантов главного комплекса гистосовместимости, регулирущего экспрессию молекул человеческого лейкоцитарного антигена (HLA) с особенностями протекания короновирусной инфекции (COVID-19). Цель - определение связи между HLA полиморфизмом и COVID -19, а также тяжестью течения инфекционного процесса у пациентов Западно-Сибирского региона России. Обследовано 260 пациентов после двух месяцев реконвалесценции с диагнозом COVID-19. В группу сравнения вошли 372 жителя Новосибирской области. Проводилось генотипирование аллелей и групп аллелей с использованием тест-систем ДНК-технология, Москва. При статистической обработке результатов использовался пакет IBM SPSS Statistics 23 и Arlequin 3.5.2. Выявлено увеличение частоты DRB1*15; DQA1*01:02 и снижение частот DRB1*03; DQA1*01:03 и DQB1*05:03 в группе пациентов с COVID-19 относительно контрольной группы. После внесения поправки Бонферрони достоверные различия сохранились только для DQA1*01:02. Выявлено три гаплотипа, достоверно различающиеся между группами без поправки на множественность. Частота DRB1*07,15; DQA1*01:02,0201 и DQB1*02,06:02-08 генотипов преобладала у пациентов с COVID-19 относительно группы сравнения. Cочетания генотипов DRB1*07,15-DQB1*02,06:02-08; DRB1*07,15-DQA1*01:02,02:01-DQB1*02,06:02-08; DQA1*01:02,02:01-DQB1*02,06-02-08 преобладали в группе переболевших относительно контрольной группы. Генотипы DRB1*07,11; DRB1*11,15 и сочетания генотипов DRB1*11,15-DQA1*01:02,05:01-DQB1*03:01,06:02-08; DRB1*07,11-DQA1*02:01,05:01; DRB1*11,15-DQA1*01:02,05:01; DRB1*11,15-DQB1*03:01,06:02-08 присутствовали только у пациентов с тяжелой формой течения болезни и полностью отсутствовали у пациентов с легким течением. Частоты DRB1*11; DRB1*07,11 и DRB1*07,11-DQA1*02:01,05:01 были выше в объединённой группе пациентов с тяжелым плюс средним течением болезни относительно группы пациентов с легким течением заболевания. Полученные результаты вносят определенный вклад в выяснение ассоциации полиморфизма генов HLA с COVID-19 не только у населения Западной Сибири, но и Российской Федерации в целом. Необходимы дальнейшие исследования с увеличением размеров выборки, что, вероятно, позволит преодолеть порог значимости при введении поправок на множественность аллелей.

Введение

При нарушении ритма сердца значимый вклад в патогенез тромбоэмболических осложнений оказывают факторы, связанные с активацией системы свертывания крови и агрегацией тромбоцитов, пристальное внимание исследователей направлено на совместное исследование врожденных факторов риска развития тромбозов и биомаркеров, которые могут ассоциироваться с патогенезом тромбообразования при фибрилляции предсердий.

Цель: провести изучение взаимосвязи маркеров воспаления и активации тромбоцитов с полиморфными вариантами генов системы гемостаза и тромбоцитарных рецепторов у больных с фибрилляцией предсердий неклапанного генеза, получающих антикоагулянтную терапию и имеющих в анамнезе тромботические осложнения и пациентов с фибрилляцией предсердий без тромботических осложнений.

Материалы и методы: в исследование было включено 60 пациентов, с диагнозом фибрилляция предсердий, у 21 пациента произошло развитие тромботических осложнений. Все пациенты дали свое письменное информированное согласие на включение в исследование. Исследование панели биомаркеров, полиморфных вариантов генов и агрегации тромбоцитов было проведено с использованием оборудования Центра коллективного пользования «Медицинская геномика» Томского НИМЦ

Результаты: cравнительный анализ полиморфных вариантов генов ингибитора активатора плазминогена 1 типа PAI–1, тромбоцитарного рецептора к коллагену ITGА2, синтазы оксида азота NOS3, бета-2 адренергического рецептора ADRB2 у пациентов с наличием или отсутствием тромботических осложнений не выявил статистически значимых различий в исследуемых группах. В группе пациентов с тромботическими осложнениями по сравнению с пациентами без тромбозов обнаружено снижение уровней α - кислого гликопротеина, фетуина А, L-селектина, тромбомодулина и увеличение уровней CD40L и тромбоцитарного фактора 4, статистически значимая разница отмечена в подгруппах с генотипом высокого риска возникновения тромбозов. Генотип высокого риска возникновения тромбозов и ТЭО генов PAI–1 и ITGА2 в группе с возникшими тромботическими осложнениями  связан с повышенной агрегационной активностью тромбоцитов и увеличенным содержанием тромбоцитарного фактора 4.

Заключение: анализ взаимосвязи маркеров воспаления и активации тромбоцитов с полиморфными вариантами генов системы гемостаза и тромбоцитарных рецепторов показал наличие связи генотипа повышенного риска с увеличением содержания CD40L, тромбоцитарного фактора 4 и агрегационной активности у пациентов в группе с возникшими тромботическими осложнениями. 

Ранее были обнаружены взаимосвязи пролиферативной активности опухоли с уровнями антител против эстрадиола (E2) и прогестерона (Pg) (IgA₁-E2 и IgA₁-Pg, IgG₁-E2 и IgG₁-Pg) и соответствующих антиидиотипических антител (IgG₂-E2 и IgG₂-Pg) у больных раком молочной железы (РМЖ). Цель работы – исследовать комбинированное влияние E2 и Pg, антител против бензо[а]пирена (Bp), E2 и Pg, антиидиотипических антител к E2 и Pg на содержание в опухоли Ki67 положительных клеток в сочетании с метастазированием у больных РМЖ. Обследовали 620 женщин с I стадией РМЖ, 475 – со II и 150 – с III+IV стадиями до начала противоопухолевого лечения. Исследуемые антитела и анти-антитела анализировали с помощью ELISA, используя конъюгаты этих гаптенов с BSA и соответствующие моноклональные антитела в качестве адсорбированных антигенов. Искомые взаимосвязи исследовали у больных РМЖ со II стадией с помощью CART-анализа. Все больные разделились на группы с различными индивидуальными комбинациями уровней исследованных факторов. У 143 больных с IgG₂-Pg ≤1,95 у.е. опухоли с низкой пролиферативной активностью и наличием метастазов (Ki67≤20% + Met+) встречались реже, а активно пролиферирующие без метастазов (Ki67>20% + Met-) чаще, чем у 332 больных с IgG₂-Pg>1,95 у.е. (10,0% vs 21,1% и 42,0% vs 26,2%, p<0,01). У 94 больных с IgG₂-Pg>1,95 у.е. в комбинации с IgG₁-Bp>14,3 у.е. опухоли с Ki67>20% обнаруживали чаще, чем у 238 с IgG₂-Pg>1,95 у.е. в комбинации с IgG₁-Bp≤14,3 у.е. (69,2% vs 50,1%, p<0,01). У 102 больных с одновременно высокими IgG₂-Pg>2,1 у.е. + IgG₂-E2>3,3 у.е. опухоли с Ki67≤20% + Met- встречались чаще, а опухоли с Ki67>20% + Met+ реже, по сравнению с 42 больными, с повышенным содержанием только IgG₂-Pg (33,3% и 16,7% vs 7,1% и 31,0%, p<0,01). 43 женщины с высокими E2>166 pmol/L (в комбинации с IgG₂-Pg>2,1 у.е. + IgG₁-Bp≤14,3 у.е. + Pg>869 pmol/L) имели наиболее агрессивные опухоли (Ki67>20% + Met+), чем 33 больных с E2≤166 pmol/L (55,8% vs 21,2%, p<0,01). Каждая из выделенных комбинаций антител и гормонов встречались с одинаковой частотой у больных с I, II и III+IV стадиями РМЖ. Таким образом, индивидуальные особенности пролиферации и метастазирования опухоли у больных РМЖ II стадии зависели от индивидуальных особенностей образования IgG₂-Pg, IgG₂-E2, IgG₁-Bp, E2 и Pg. Иммуно-гормональные фенотипы не изменялись по мере роста опухоли.

При хроническом лимфоцитарном лейкозе (ХЛЛ) прогрессирующее нарушение иммунной системы приводит к состоянию клинически выраженной иммунной супрессии и отсутствию контроля над заболеванием. Как следствие, иммунологические изменения в субпопуляциях нормальных лимфоцитов в крови больных хроническим лимфоцитарным лейкозом могут играть негативную роль в прогрессировании заболевания. Целью исследования было изучение влияния иммунохимиотерапии на субпопуляционный состав и иммунофенотипические характеристики нормальных лимфоцитов в крови больных ХЛЛ. В исследование включены 37 мужчин и 25 женщин с впервые диагностированным ХЛЛ в стадии B и С по Binet, медиана возраста 64 [50; 71] года, получивших по 6 циклов иммунохимиотерапии в двух режимах: RB (Ритуксимаб+Бендамустин) или FCR (Ритуксимаб+Флударабин+Циклофосфамид). В крови больных до- и после лечения исследован субпопуляционный состав поликлональных В-лимфоцитов, Т-лимфоцитов (Т-хелперы, Т-регуляторные клетки, Т-цитотоксические клетки), NK-клетки, а также экспрессия на них рецепторов иммунных контрольных точек PD1, PD-L1, LAG3. Исследования выполняли с применением метода 10-цветной проточной цитометрии (Navios 10/3, Beckman Coulter, США). Статистический анализ выполнен в программе Statistica 13.0. Проведенное исследование показало, что у всех больных ХЛЛ до- и после иммунохимиотерапии отмечаются значимые количественные и функциональные изменения субпопуляционного состава В- лимфоцитов, Т-лимфоцитов и NK клеток. Доля нормальных поликлональных В-клеток среди всех лимфоцитов до лечения снижена и характеризуется экспрессией PD1. Проведение терапии приводит к частичному восстановлению популяции нормальных В-лимфоцитов, на которых не выявляется экспрессия PD1, PD-L1, LAG3. Изменение иммунофенотипических характеристик субпопуляций Т- лимфоцитов носит однонаправленный характер. До лечения и после его завершения, на CD4+ и CD8+ Т-клетках наблюдается наиболее высокая экспрессия PD1, что свидетельствует о нарушении их противоопухолевых функций. После лечения, Т-лимфоцитарное микроокружение приобретает тенденцию к восстановлению за счет увеличения их количества. Однако сохранение на Т-клетках экспрессии молекулы PD1, по-видимому, препятствует полному восстановлению их функциональной активности, что, наряду с повышением содержания Т-регуляторных клеток и сохранением на NK-лимфоцитах ингибирующих молекул PD1 и LAG3, в совокупности, способствует подавлению противоопухолевого иммунного ответа и снижению возможности обеспечения длительной ремиссии.  В этой связи, мониторинг иммунологических показателей в процессе проведения иммунохимиотерапии полезен для выявления степени дисрегуляции иммунного ответа и, тем самым, для своевременного оказания наряду с противоопухолевой терапией и корригирующей иммунотерапии.

Воспалительные заболевания кишечника (ВЗК), представляющие собой гетерогенную группу патологий с различными клинико-морфологическими проявлениями, являются значимой проблемой современной медицины. Развитие ВЗК обусловлено сложным взаимодействием генетических факторов, особенностей иммунной системы и роли микробиоты кишечника. Сложность диагностики, разнообразные подходы к лечению и в ряде случаев неясная этиология некоторых форм воспалительных заболеваний кишечника подчёркивают необходимость проведения углубленных исследований in vivo с использованием адекватных человеку животных моделей. Целью исследования было воспроизведение признаков ВЗК у Macaca mulatta(макака резус),  путем перорального введения химического индуктора, и оценка цитокиновой реакции на повреждение кишечного барьера и транслокацию бактериальных компонентов в сосудистое русло. В качестве объекта исследования были выбраны половозрелые самцы Macaca mulatta (n=5), содержащиеся в питомнике при ГНУ «Научно-исследовательский институт экспериментальной патологии и терапии Академии наук Абхазии». Индукция воспалительного заболевания кишечника у макак резусов осуществлялась путем химического воздействия – перорального введения 5%-ной натриевой соли сульфатированного декстрана (ДСН) с молекулярным весом 40 000 в объёмах, соответствующих физиологическим потребностям животных. Для определения цитокинов и маркера микробной транслокации использовали иммунологические и молекулярно-генетические методы анализа. Результаты исследования показали, что индукция ВЗК у макак резусов приводит к закономерному нарастанию сывороточного маркера транслокации 16S рДНК со вторых суток после воздействия ДСН, с достижением максимальных значений на шестые сутки. Параллельно с нарастанием маркера транслокации наблюдалась стимуляция цитокинового ответа, проявляющаяся достоверным нарастанием концентраций IL-6

и IFN-γ. Стимуляция выработки цитокинов в ответ на индукцию наблюдается на ранних этапах, начиная с первых суток, и достигает пиковых значений на 2–6-й день. Важно отметить, что после отмены ДСН уровни маркеров воспаления оставались высокими, хотя и демонстрировали тенденцию к постепенному снижению к концу опыта. Таким образом, разработана модель химически индуцированного воспалительного процесса у Macaca mulatta, характеризующаяся четким, преимущественно Th1-цитокиновым профилем, сопровождающимся выраженной микробной транслокацией. Продолжительность воспаления, индуцированного ДСН, сопоставима со временем, необходимым для перехода острого воспаления в хроническую форму. Полученная модель может быть ценным инструментом для дальнейшего изучения патогенеза и разработки новых методов лечения ВЗК.

HLA-аллоиммунизация, аллергический ринит/ атопический дерматит и клещевой энцефалит являются релевантными моделями для изучения генетически детерминированного иммунного ответа на три различных типа антигенов – аллоантигенов (антигенов других людей), аллергенов (сенсибилизирующих веществ природного или искусственного происхождения) и инфекционных, в данном случае вирусных, антигенов. До настоящего времени поиск генетических маркеров риска развития этих патологий был сосредоточен на исследовании отдельных аллелей HLA без анализа гаплотипов и, соответственно, без оценки возможного синергического взаимодействия HLA-генов между собой. Цель работы - установить ассоциативные связи между трехлокусными гаплотипами HLA-DRB1-DQA1-DQB1 и риском развития HLA-аллоиммунизации, аллергического ринита, атопического дерматита и клещевого энцефалита. Проанализирована частота встречаемости 12 распространенных среди европейцев трехлокусных гаплотипов HLA-DRB1-DQA1-DQB1 у 215 пациентов и 317 здоровых людей. Вероятность возникновения HLA-аллоиммунизации в зависимости от HLA-гаплотипов исследовали у 61 реципиента компонентов крови. Взаимосвязь между типом атопической реакции и HLA-генотипом изучили у 50 больных с атопическим дерматитом и с персистирующим аллергическим ринитом. Корреляцию между HLA-гаплотипами и вариантом течения вирусной инфекции рассмотрели у 104 больных клещевым энцефалитом. Типирование генов HLA II класса выполнено в лаборатории иммуногематологии ФГБУН КНИИГиПК ФМБА России методом ПЦР в режиме реального времени (ДНК-технология, Россия). Статистический анализ осуществляли с помощью критерия хи-квадрат. Установлено, что HLA-DRB1*04-DQA1*03:01-DQB1*03:02 и HLA-DRB1*03-DQA1*05:01-DQB1*02:01 гаплотипы ассоциированы с развитием HLA-аллоиммунизации в результате трансфузий компонентов крови. Совпадение данных гаплотипов с генетическими маркерами аутоиммунных заболеваний свидетельствует об универсальном механизме участия молекул HLA в презентации человеческих аутоантигенов и аллоантигенов. Показано, что разные HLA-гаплотипы соответствуют разным клиническим фенотипам атопии: гаплотипы HLA-DRB1*12-DQA1*05:01-DQB1*03:01, HLA-DRB1*15-DQA1*01:02-DQB1*06:02 ассоциированы с избирательной предрасположенностью к респираторной сенсибилизации, а гаплотип HLA-DRB1*01-DQA1*01:01-DQB1*05:01 – к системной атопии с кожным компонентом. Иммуногенетические различия свидетельствуют о том, что аллергический ринит и атопический дерматит не являются последовательными стадиями одного процесса, а представляют собой разные эндотипы в рамках «атопического континуума». Выявлено, что относительно благоприятная форма клещевого энцефалита – лихорадочная, при которой не повреждается противовирусный гуморальный иммунный ответ, ассоциирована с HLA-DRB1*09-DQA1*03:01-DQB1*03:03. В то время как формы, протекающие с поражением ЦНС и нарушениями в обоих звеньях иммунитета, ассоциированы с гаплотипами HLA-DRB1*08-DQA1*04:01-DQB1*04:01/*0402 (менингеальная форма) и HLA-DRB1*16-DQA1*01:02-DQB1*05:02/*0504 (очаговая форма). Результаты исследования могут быть использованы при проведении стратификации пациентов, прогнозировании течения патологического процесса, выборе методов профилактики и терапии.

В обзоре дано определение вторичного иммунодефицита (ВИД), обосновывается его присутствие в структуре мультиморбидности, охарактеризованы последствия течения мультиморбидности с включением ВИД. Представлены немногочисленные эпидемиологические данные о распространенности ВИД, анализируется наиболее часто встречающиеся факторы риска (причины) иммунодефицита, подчеркивается растущее число этих факторов, связанных с получением новых знаний о патогенезе болезней и появлением новых классов лекарственных средств, способных негативно влиять на клетки и медиаторы иммунной системы, а также с увеличением продолжительности жизни и распространенностью хронических заболеваний. Описан структурированный подход к диагностике и терапии ВИД. Первым этапом является выявление выявление факторов риска и ранних клинических проявлений ВИД, связанных с особенностями течения тяжелых и часто рецидивирующих инфекций как маркеров ВИД, что позволяет заподозрить иммунодефицит на доклиническом этапе. Далее, диагноз ВИД выставляется с учетом как клинических, так и лабораторных данных. Подробно изложен алгоритм обследования больного с подозрением на ВИД, включающий тщательный анамнестический и клинический анализ, позволяющий обосновать объем лабораторных, в том числе иммунологического, этапов обследования, а также определить показания к динамическому наблюдению и консультации иммунолога. Подчеркивается, что отсутствие измененных показателей иммунного статуса при наличии тяжелого или рецидивируещего инфекционного синдрома не исключает ВИД. Описаны дифференцированные подходы к противоинфекционной профилактике в различных группах риска развития инфекций, освещены основные методы лечения вторичных иммунодефицитов с применением вакцин и иммуноглобулинов, с учетом индивидуального профиля риска пациента. Отмечается недостаток доказательных данных об эффективности и безопасности терапии вторичных иммунодефицитов вакцинами и иммуноглобулинами. Представленные рекомендации основаны на нескольких консенсусах экспертов (клиницистов и иммунологов), работающих по проблеме ВИД. Сделан вывод о том, что оптимальное ведение пациентов с вторичными иммунодефицитами должно осуществляться мультидисциплинарной командой клиницистов с обязательным участием иммунолога, что особенно важно в условиях нарастающей мультиморбидности и полипрагмазии.

Бронхиальная астма остается одним из наиболее распространенных хронических заболеваний респираторного тракта у детей, при этом около половины детей с астмой демонстрируют неконтролируемое течение заболевания. Маркеры эозинофильного эндотипа бронхиальной астмы хорошо изучены, однако нейтрофильный эндотип, особенно у детей, исследован недостаточно, при этом надежные сывороточные/плазменные маркеры нейтрофильного паттерна воспаления при БА не известны. Цель исследования: Определить диагностическую значимость концентрации нейтрофильного желатиназа-ассоциированного липокалина (Neutrophil Gelatinase-associated Lipocalin, NGAL) в плазме крови в отношении степени контролируемости бронхиальной астмы у детей. Материалы и методы: Обследовано 132 ребенка с БА в возрасте 6-17 лет (средний возраст 12.5±3.5 года; 81 мальчик/51 девочка). Степень контроля БА оценивали опросником “Asthma Control Test”. Выделены группы: контролируемая БА (n=21), частично контролируемая (n=47) и неконтролируемая БА (n=64). Концентрацию NGAL в плазме крови определяли методом автоматического иммуноферментного анализа. Статистический анализ включал критерий Краскела-Уоллиса, U-критерий Манна-Уитни, корреляционный анализ Спирмена и порядковую логистическую регрессию. Результаты: У детей с неконтролируемой БА уровень NGAL был статистически значимо выше по сравнению с группами контролируемой и частично контролируемой БА (p=0.043). NGAL положительно коррелировал с абсолютным количеством нейтрофилов в периферической крови (r=0.272; p<0.001), и не показал связи с маркерами эозинофильного эндотипа БА (общий IgE, эозинофилы). При этом нами не было выявлено различий в концентрации NGAL в зависимости от степени тяжести БА (тест Краскела-Уоллиса p = 0.420) и фазы заболевания (ремиссия (n = 46) – 103 (63-185) нг/мл, обострение на фоне ОРВИ (n = 14) – 105 (66.8-156) нг/мл, обострение без признаков ОРВИ (n = 72) – 138 (90.5-207) нг/мл; тест Краскела-Уоллиса p = 0.310). Порядковая логистическая регрессия показала, что повышение NGAL на каждые 10 нг/мл увеличивает вероятность ухудшения контроля БА на 5% (ОШ=1.05; 95% ДИ: 1.01-1.09; p=0.022) независимо от пола, возраста и тяжести заболевания. Заключение: Плазменная концентрация NGAL является независимым биомаркером неконтролируемого течения БА у детей, отражающим преимущественно нейтрофильный паттерн воспаления. NGAL может использоваться как доступный скрининговый инструмент для раннего выявления детей с риском потери контроля БА, требующих коррекции терапии.

Актуальность. Хронические риносинуситы (ХРС) представляет собой серьезную медико-социальную проблему, обусловленную высокой частотой встречаемости среди населения земного шара. По данным литературы, примерно 5–12% жителей планеты подвержены данному заболеванию. Особо сложными патогенетическими вариантами ХРС являются полипозный риносинусит (ПРС) и хронический гиперпластический риносинусит (ХГРС).

Выраженное снижение качества жизни, длительные периоды нетрудоспособности и распространенность этих патологий актуализируют дальнейшие исследования их патогенеза. Большинство фенотипов ПРС протекает по Т2 типу, однако есть   Т1 и Т3 и смешанные варианты. Для ХГРС не установлен доминирующий эндотип. 

Полагаем, что у пациентов при ПРС и ХГРС будут отличия в иммунном ответе. Набор цитокинов и особенности иммунного ответа могут различаться, оказывая специфическое влияние на разрастание слизистой оболочки носовой полости и придаточных пазух носа.

       Цель работы - изучение особенностей цитокиновой регуляции при полипозном риносинусите и хроническом гиперпластическом риносинусите.

       Материалы и методы. Обследовано 68 человек с риносинуситами и 43 здоровых человека. В исследование приняли участие пациенты с полипозным риносинуситом (ПРС, n=33), хроническим гиперпластическом риносинусите (ХГРС, n=35) и группа контроля (n=43), состоящая из практически здоровых. Тип исследования – «случай-контроль» выполнено в лаборатории клинической патофизиологии НИИ МПС. Материалы для исследования –сыворотка крови и назальное отделяемое. Содержание IFN-γ, IL-1β, IL-2, IL-4, IL-5, IL-8, IL-10, IL-13, IL-17А определяли метом ИФА, используя с реагенты «Вектор-Бест» (г. Новосибирск) и спектрофотометр Muitiskan FC. Статистическая обработка проведена с помощью программы Statistica 10.0. Описание выборки с подсчетом медианы и интерквартильного размаха 25 и 75 перцентилей, критерий Манна–Уитни, уровень значимости гипотезы менее 0,05.

           Результаты.

Исследование концентраций цитокинов показало достоверные межгрупповые отличия на местном и системном уровне. У пациентов группы контроля обнаружены низкие значения всех исследуемых цитокинов системно и локально. Определены однонаправленные изменения для каждого фенотипа ХРС. Так, для ПРС локально и системно обнаружены высокие концентрации IL-4, IL-5 и IL-13 относительно группы контроля и группы ХГРС. Для ХГРС локально и системно определено увеличение содержания IFN-γ, IL-2, IL-10, IL-17А, IL-8 и IL-1β относительно контроля и ПРС.

         Выводы.

Для ПРС локально и системно определен Т2 тип иммунного ответа, а для ХГРС локально и системно показан смешанный тип Т1/Т3 иммунного ответа

Многофункциональность нейтрофильных гранулоцитов (НГ) ассоциирована с наличием различных субпопуляций и их фенотипов. Ранее у детей с острым гематогенным остеомиелитом (ОГО) и острой деструктивной пневмонией, осложненными сепсисом, выявлена корреляционная связь с тяжестью гнойно-воспалительного процесса и количеством субпопуляции CD66b⁺CD16⁺CD33⁺HLA-DR⁺НГ (АПК-НГ). Таким образом, определение субпопуляции АПК-НГ может служить ценным диагностическим инструментом и индикатором эффективности комплексной послеоперационной терапии, включающей иммуномодулирующую терапию, при тяжелых гнойно-воспалительных заболеваниях.

Цель исследования: оценить динамические изменения АПК-НГ при остром гематогенном остеомиелите у детей в сопоставлении с динамикой показателей клинической эффективности лечения на фоне проведения иммуномодулирующей терапии официнальным фармпрепаратом, действующей субстанцией которого является синтетический тимический гексапептид (ГП).

Материалы и методы. В группу исследования (ГИ) вошли дети 10-15 лет с диагнозом ОГО (n=15), группу сравнения (ГС) составили 13 условно здоровых детей. В периферической крови (ПК) детей оценивали содержание НГ, экспрессирующих рецепторы CD66b, CD16, CD33, HLA-DR (FC500, «Beckman Coulter»), а также плотность экспрессии данных молекул. Для верификации дефектов субпопуляций НГ и контроля эффективности комплексного послеоперационного лечения с включением ГП забор ПК в ГИ проводился до операции, на 10-й день терапии ГП и перед выпиской. Исследование иммунологических параметров у детей ГС проводилось однократно.

Результаты: Установлено, что количество АПК-НГ, увеличенное в 18 раз в ГИ до лечения, снизилось в 1,9 раза на 10-е сутки на фоне комплексной послеоперационной терапии, включающей иммуномодулирующее лечение ГП, а к моменту выписки (20-25-е сутки) – в 3,8 раза. Однако, содержание АПК-НГ после лечения не достигло показателей ГС. Кроме того, снижение количества АПК-НГ коррелировало с положительной клинической динамикой: отмечалась более ранняя регрессия интоксикационного, болевого синдромов и локальных признаков воспаления. Задержка позитивных количественных изменений АПК-НГ сопоставимо наблюдалась при отсутствии клинической эффективности, что требовало пересмотра терапевтической тактики с необходимостью смены антибактериальной терапии.

Заключение: Исследование продемонстрировало высокую клиническую эффективность иммуномодулирующей терапии ГП в комплексном послеоперационном лечении детей с ОГО и возможность использования определения количественного содержания субпопуляции АПК-НГ как диагностического маркера для мониторинга клинико-иммунологической эффективности послеоперационного лечения детей с ОГО. Данный маркер также может служить инструментом, ориентируясь на значения которого можно своевременно корректировать лечение пациентов с ОГО на стационарном и амбулаторном этапах.

Беременные женщины уязвимы для воздействия SARS-CoV-2 из-за физиологических особенностей иммунной системы. Цель исследования: оценить значение интерлейкина-1β (IL-1β) периферической крови у беременных женщин в период инфекции SARS-CoV-2 при легкой и среднетяжелой форме болезни. В исследование включено 60 беременных женщин с COVID-19, среди которых 14 женщин в I триместре, 17 – во II триместре и 29 – в III триместре. Группу сравнения составили 20 беременных женщин без клинико-лабораторных признаков острых респираторных инфекций. Концентрацию IL-1β определяли в сыворотке крови методом иммуноферментного анализа. Для статистической обработки данных применяли программу Statistica 10.0 (StatSoft, США). Статистически значимым уровнем ошибки считали p≤0,05. Результаты исследования показали выше уровень IL-1β в крови SARS-CoV-2-инфицированных беременных женщин в сравнение с беременными женщинами без клинико-лабораторных признаков острых респираторных инфекций (p=0,005). COVID-19 характеризуется снижением уровня IL-1β в крови в III триместре гестации в сравнении с I триместром (p=0,01). Беременные женщины с COVID-19 в сравнении с беременными женщинами без клинико-лабораторных признаков острых респираторных инфекций имели выше показатели в крови эритроцитов (p=0,043), общего белка (p=0,006), прямого билирубина (p=0,02), С-реактивного белка высокочувствительного (p<0,001), ферритина (p=0,016), протромбинового времени (p=0,018) и международного нормализованного отношения (p=0,013). При COVID-19 у беременных женщин в крови ниже уровень лимфоцитов (p=0,004), сывороточного железа (p<0,001) и трансферрина (p=0,003), показатели коэффициента насыщения трансферрина (p=0,026) и общей железосвязывающей способности сыворотки (p=0,021). IL-1β в крови у SARS-CoV-2-инфицированных беременных имел обратную корреляционную связь с биохимическими и коагуляционными показателями крови: трансферрин (p=0,006), общая железосвязывающая способность сыворотки (p=0,03), латентная железосвязывающая способность сыворотки (p=0,009), фибриноген (p=0,002). IL-1β в крови у SARS-CoV-2-инфицированных беременных ассоциирован с уровнем прямого билирубина (p=0,045) при среднетяжелой форме COVID-19, С-реактивного белка (p=0,047) и аланинаминотрансферазы (p=0,024) при легкой форме болезни. Среднетяжелая форма COVID-19 у беременных женщин ассоциирована со снижением уровня лейкоцитов (p=0,038) и удлинением протромбинового времени (p=0,046). Таким образом, установлена связь концентрации в крови IL-1β с коагуляционными и биохимическими показателями у женщин с COVID-19 в разные сроки беременности и в зависимости от клинического течения COVID-19.

Целью данной работы было исследование динамики созревания гуморального иммунного ответа к рецептор-связывающему домену (RBD) SARS-CoV-2 в условиях накопленного иммунного опыта населения в период 2020–2025 гг., включая пандемическую и постпандемическую фазы.

Исследовали образцы сыворотки крови 817 добровольцев, полученные в период с 2017 по 2025 год. Выделено пять групп: постинфекционный иммунитет (2020 г., n=36), поствакцинальный иммунитет после вакцинации препаратом Гам-КОВИД-Вак (2021 г., n=83), гибридный иммунитет после инфекции и первичной вакцинации (2021 г., n=140), гибридный иммунитет после ревакцинации (2022 г., n=58) и постпандемическая выборка, полученная во время циркуляции субвариантов Омикрон (2024–2025 гг., n=338). Для оценки количества IgG-антител к RBD SARS-CoV-2 и определения их авидности использовали твердофазный иммуноферментный анализ с калибровкой по стандарту ВОЗ (NIBSC 20/136).

При использовании 4М мочевины наблюдалось постепенное увеличение доли образцов с высоким индексом авидности (ИА >80%) от группы I к группе IV (11,5% → 82,9%); в группах с гибридным иммунитетом 70% образцов характеризовались ИА ≥80%. Однако при применении более жёсткого денатурирующего агента – 8М мочевины – практически во всех образцах групп I–IV индекс авидности не превышал 50%, что указывает на незавершённость созревания антител: лишь 8,7% образцов достигли порога ИА ≥50%. В постпандемической группе V (2024–2025 гг.) доля образцов с ИА ≥50% увеличилась до 16,3%, при этом медианный индекс авидности достоверно отличался от показателей пандемического периода (критерий Манна–Уитни, р < 0,0001).

По результатам исследования можно предположить, что высокая антигенная изменчивость SARS-CoV-2 при смене вариантов вируса приводит к индукции новых первичных иммунных ответов на мутантные эпитопы параллельно с активацией существующей памяти к консервативным участкам. Это обусловливает циркуляцию смеси высокоавидных антител к «старым» и низкоавидных – к «новым» эпитопам, что препятствует достижению высокого суммарного индекса авидности (>60–70%), характерного для зрелого иммунитета при инфекциях, дающих пожизненный иммунитет.

Во время беременности формируется уникальная среда, обеспечивающая иммунную толерантность. Клетки трофобласта и NK-клетки совместно поддерживают условия, необходимые для имплантации. Возможными участниками при этом выступают активирующий рецептор NK-клеток NKG2D и его лиганды (NKG2D-L) – молекулы MICA, MICB (MIC) и ULBP1-6. Указанные лиганды могут стимулировать цитотоксическую активность лимфоцитов. Существует также механизм секреции NKG2D-L в виде растворимых форм (sMIC, sULBPs). Эта особенность позволяет клеткам, экспрессирующим NKG2D-L, избегать иммунного распознавания и, в целом, подавляет функциональную активность NK-клеток. На сегодняшний день вклад молекул NKG2D-L в процессы взаимодействия между плацентарными клетками и иммунными клетками остаётся недостаточно изученным. В настоящий момент не известно, какие именно клетки плаценты являются основными продуцентами молекул MIC. Вероятным кандидатом выступают клетки трофобласта. Именно они экспрессируют широкий спектр лигандов, специфичных рецепторам NK-клеток, а взаимодействие этих клеток обеспечивает процесс имплантации. Уровень экспрессии генов, кодирующих NKG2D-L, способен меняться в зависимости от окружающих условий. Экспрессия NKG2D-L регулируется внешними факторами, включая ингибиторы деацетилаз гистонов (HDACi). В настоящей работе мы поставили целю изучить влияние SAHA на экспрессию NKG2D-L клетками трофобласта, а также оценить изменения, происходящие в NK-клетках, после взаимодействия с клетками трофобласта, обработанными SAHA. Мы показали, что субероиланилидгидроксамовая кислота (SAHA) модулирует экспрессию лигандов NKG2D на клетках трофобласта в дозо-зависимой манере. При высокой концентрации SAHA наблюдали увеличение доли MICA-экспрессирующих клеток трофобласта, тогда как при низкой концентрации наблюдалась сниженная интенсивность экспрессии ULBP2, ULBP5, ULBP6. Взаимодействие с NK-клетками также приводило к изменению экспрессии трофобластом MICA и ULBP, однако высокие концентрации SAHA нивелировали этот эффект. Высокие концентрации SAHA увеличивали восприимчивость трофобласта к цитотоксическому действию NK-клеток, что коррелировало с ростом числа MICA-позитивных клеток трофобласта. Полученные данные свидетельствуют о потенциальной возможности модуляции взаимодействий трофобласта с NK-клетками, основанных на взаимодействии рецептора NKG2D и его лигандов.

Конкретных генетических признаков, которые могли бы считаться биомаркерами предрасположенности к развитию миомы матки (ММ) до сих пор не выявлено. Одними из кандидатов на эту роль могли бы явиться локусы количественных признаков (QTL), комплекс которых контролирует  интенсивность продукции цитокинов с провоспалительными, хемотаксическими и неоангиогенными свойствами. Цель исследования: проведение качественного (SNP генотипирование) TNF-α, IL-1β, IL-4, IL-6, IL-8, IL-10, VEGF, MMP2, MMP3, MMP9 и количественного (определение концентраций цитокинов) анализа уровня продукции наиболее исследованных цитокинов: TNF-α, IL-1β, IL-4, IL-6, IL-8, IL-10, VEGF, в сыворотке крови здоровых лиц и пациентов с заболеваниями, связанными с нарушениями функций иммунной системы (миомой матки). Результаты анализа показали, что у пациенток с миомой матки статистически значимо повышены уровни IL-1b, IL-4, IL-6, IL-8 и TNF-a по сравнению с контрольной группой. Уровень VEGF у пациенток оказался значимо ниже, а уровень IL-10 не продемонстрировал статистически значимого различия между группами.  В контрольной группе выявлено 16 значимых ассоциаций отдельных генотипов с уровнями IL-1b, IL-8 и VEGF. У пациенток с миомой матки обнаружено 9 значимых ассоциаций. При сравнении значимых ассоциаций между генетическими полиморфизмами и уровнями регуляторных факторов ни одна связь не оказалась значима одновременно у контрольной группы и у пациенток с миомой матки. По результатам анализа было обнаружено 567 значимых ассоциаций между комплексами SNP и уровнями регуляторных факторов в группе пациенток с миомой матки и 1323 значимая ассоциация в контрольной группе. Генотип IL6-174 CG у здоровых женщин ассоциирован с уровнем IL1-β и VEGF, тогда как среди пациенток с уровнем самого IL-6 и IL-10. Полученные данные позволяют предположить, что избирательный характер развития заболевания связан с генетическими факторами предрасположенности отдельных женщин к его развитию, ассоциированных с уровнем продукции ряда цитокинов.

Coxsackievirus A6 (CVA6) является одним из основных возбудителей энтеровирусной экзантемы. Вспышки энтеровирусной экзантемы, вызванные CVA6, в настоящее время происходят во многих странах мира, в том числе и на территории Российской Федерации. Доля инфицированных CVA6 среди госпитализированных с энтеровирусной инфекцией на территории РФ в 2025 году составила 38,62%. Однако состояние популяционного иммунитета против CVA6 не изучалось. Целью работы явилось ретроспективное изучение частоты выявления антител классов G, A и M против CVA6 в крови жителей Нижегородской области. Получен плазмидный вектор, содержащий ген рекомбинантного капсидного белка VP1 вируса CVA6. VP1 CVA6 синтезирован в клетках E. coli, очищен с помощью аффинной хроматографии и использован для определения IgG, IgA и IgM-антител с помощью разработанного нами иммуноферментного метода. Наличие антител определяли в отобранных в весенне-летний период 2022 года аликвотах сыворотки крови 314 волонтеров, проживающих на территории Нижегородской области. Суммарная частота обнаружения антител против CVA6 составила 57%. IgM-антитела против CVA6 обнаруживались почти у каждого десятого тестированного (8,9%), что говорит об активной циркуляции вируса CVA6 в 2022 году. Наибольшая частота обнаружения IgM-антител против CVA6 наблюдалась у детей до 18 лет и составила 12,5%. Для IgM-антител против CVA6 также выявлены сезонные особенности встречаемости: летом (13,2%) IgM-антитела против CVA6 выявлялись в 2,5 раза чаще, чем весной (4,9%). IgG-антитела против CVA6 обнаруживались у четверти тестированных (25,8%), что свидетельствует о формировании длительного иммунитета против CVA6. Наибольшая доля IgG-положительных образцов регистрировалась в группе волонтеров в возрасте от 19 до 45 лет и составила 29,3%. IgA-антитела против CVA6 выявлялись у каждого третьего (35,7%). Детальный анализ частоты обнаружения антител против CVA6 у детей выявил выраженные тенденции к повышению частоты обнаружения IgM и IgG-антител против CVA6 с возрастом, достигавшей наибольшей величины в группе детей от 12 до 18 лет (19,4% и 33,9% соответственно). Выявленная динамика частоты обнаружения антител против СVA6 может быть связана с повышением социальной активности и, как следствие, с увеличением вероятности контактов с инфицированными CVA6.

Первичная открытоугольная глаукома (ПОУГ) - хроническое прогрессирующее заболевание зрительного нерва, являющееся одной из ведущих причин необратимой слепоты в мире. ПОУГ включает в себя несколько клинико-патогенетических форм, таких как псевдоэксфолиативная (ПЭГ), первичная простая (ППГ), глаукома низкого давления и пигментная глаукома. Вопрос о роли генетических факторов в дифференциации этих клинических форм остается открытым. Учитывая, что при ПОУГ выявляются повышенные значения IL-4 и IL-10 в крови, слезах и жидкостях глаза, нами проведено сравнительное исследование распространенности SNP генов IL10 (rs1800896, rs1800872) в сочетании с IL4 (rs2243250) в группах пациентов с ПЭГ и ППГ, из семи филиалов ФГАУ НИМЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. С.Н. Федорова» Минздрава России: Новосибирского, Иркутского, Оренбургского, Волгоградского, Хабаровского, Ленинградского и Чувашского. Выделение ДНК и генотипирование IL10( rs1800872, rs1800896), IL4 (rs2243250) проводили методом RT-PCR на единой приборной и реагентной базе. Результаты статистически обрабатывали с помощью SPSS Statistics 23. Показано, что частота генотипов IL10-592, IL10-1082, IL4-590 в обеих группах соответствуют закону Харди – Вайнберга в общей группе пациентов с обеими формами ПОУГ. Установлено почти двукратное повышение частоты гомозиготного варианта гена IL4-590 ТТ среди пациентов с ПФГ формой ПОУГ (Р = 0,043) а также различия между обеими формами ПОУГ в характере распределения комплексных генетических признаков генов в трех позициях. Так в объединенной группе пациентов с ПФГ формой ПОУГ с более высокой частотой отмечено наличие признаков IL4-590 CC + IL10-1082 AG (OR= 1.507; р=0,035); IL4-590 CC + IL10-592 CA (OR=1.752; р=0,014) и IL4-590 CC + IL10-1082 AG + IL10-592 CA (OR= 2.306; р=0,010). При анализе частоты трех SNP и их комбинаций среди пациентов с ПФГ формы ПОУГ различных семи областей России, установлен ряд отличий, характерных для жителей Ленинградской области и Чувашской республики, которые вероятно связаны с различными соотношениями представителей основных этнических групп населения многонациональной РФ в этих регионах.        

Введение. Нарушение иммунологической толерантности и дисрегуляция механизмов программируемой гибели клеток рассматриваются как ключевые звенья иммунопатогенеза аутоиммунных ревматических заболеваний. Фактор некроза опухоли-ассоциированный лиганд, индуцирующий апоптоз (TRAIL) представляет собой важный иммунорегуляторный медиатор, участвующий в элиминации аутореактивных лимфоцитов, поддержании иммунного гомеостаза и модуляции врожденного и адаптивного иммунного ответа. Помимо индукции апоптоза, TRAIL способен активировать сигнальные пути, связанные с продукцией провоспалительных цитокинов и поддержанием хронического воспаления. Несмотря на имеющиеся данные о его биологических функциях, роль данного медиатора в иммунопатогенезе ревматологических заболеваний остается недостаточно изученной. Цель. Оценить уровень TRAIL у пациентов с ревматоидным артритом (РА), системной красной волчанкой (СКВ) и анкилозирующим спондилитом (АС), а также определить его взаимосвязь с клиническими и лабораторными характеристиками заболеваний. Материалы и методы. В пилотное исследование включены 73 человека, среди которых были пациенты с 18 пациентов с РА, 29 – СКВ, 16 – АС и 9 условно здоровых лиц. Всем участникам проведено клиническое обследование, лабораторная диагностика и определение сывороточного уровня исследуемого белка методом иммуноферментного анализа. Статистическая обработка результатов выполнялась с использованием методов сравнительного и корреляционного анализа, а также анализа диагностической эффективности. Результаты. У пациентов с РА выявлен статистически значимо более высокий уровень исследуемого белка по сравнению со здоровыми лицами, а также пациентами с СКВ и АС. При СКВ и АС значимых отличий от группы контроля не обнаружено. У пациентов с СКВ повышение уровня белка ассоциировалось с поражением суставов, что вероятно обусловлено специфическим генетическим и иммунологическим фенотипом данного клинического проявления. Анализ диагностической эффективности показал высокую способность исследуемого показателя различать пациентов с РА и другие группы обследованных. Выводы. У пациентов с РА выявлено повышение сывороточного уровня TRAIL по сравнению со здоровыми лицами, пациентами с СКВ и АС. Полученные данные свидетельствуют о вовлечении белка в механизмы иммунорегуляции при РА и подтверждают возможную роль нарушений апоптоз-опосредованного контроля иммунного ответа в поддержании хронического аутоиммунного воспаления. Ассоциация повышенного уровня TRAIL с суставным синдромом при СКВ может отражать участие интерферон-зависимых сигнальных путей в локальных иммуновоспалительных реакциях. TRAIL представляет интерес как потенциальный иммунологический биомаркер и перспективная мишень для дальнейших исследований механизмов иммунной дисрегуляции при ревматологических заболеваниях.

Имплантация оплодотворенной бластоцисты зависит от адекватного взаимодействия с эндометрием. После прикрепления и проникновения бластоцисты в эндометрий матки образуется плодное яйцо и развивается маточная беременность. При нарушении имплантации эмбриона в рамках применения вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) и отсутствия клинической беременности, подтверждаемой ультразвуковой визуализацией плодного яйца, говорят о неудаче имплантации. Отсутствие клинической беременности после повторных переносов эмбриона в цикле ВРТ рассматривается как повторные неудачи имплантации (ПНИ). Иммунные механизмы, в том числе нарушения функций NK-клеток, могут способствовать возникновению ПНИ. В настоящее время для оценки вклада иммунных клеток в манифестацию бесплодия и развитие ПНИ применяют широкий спектр исследований, среди которых оценка количественных и качественных характеристик NK-клеток. Однако связь между параметрами NK-клеток периферической крови (pNK) и эндометрия остается неохарактеризованной. Цель: провести ретроспективный корреляционный анализ связи количественных и функциональных характеристик pNK-клеток и экспрессии рецепторов CD56, CD16, CD107a и NKG2D NK-клеток в эндометрии женщин, страдающих бесплодием. Материалы и методы. Обследованы пациентки следующих групп: женщины с ПНИ (I, n=69) и женщины с успешными результатами ВРТ (II, n=33). Контрольную группу составили здоровые фертильные женщины (III, n=19). Получение образцов (периферической крови и биоптата эндометрия) проводили во II фазе менструального цикла, в предполагаемый период максимального имплантационного потенциала эндометрия. Образцы периферической крови и эндометрия от обследованных пациенток получали в один день. Результаты. В группе I мы обнаружили положительную корреляцию между количеством клеток CD56+ в эндометрии и относительным количеством pNK-клеток. Мы также выявили отрицательную корреляцию между количеством клеток CD16+ в эндометрии и цитотоксической активностью pNK-клеток к клеткам трофобласта JEG-3. Присутствие клеток CD16+ в эндометрии, по-видимому, отражает провоспалительное клеточное микроокружение, и не дифференцирует отдельные популяции NK-клеток. В группе II мы наблюдали положительную корреляцию между экспрессией CD107a в эндометрии и количеством CD107a+ pNK-клеток. Кроме того, мы обнаружили отрицательную корреляцию между количеством CD107a+ pNK-клеток и количеством CD56+ клеток в эндометрии. Выводы. Количественные и функциональные характеристики pNK-клеток связаны с профилем эндометриальных NK-клеток и могут отражать их состояние. Каждая группа демонстрирует некоторые различия в паттернах взаимосвязей между этими характеристиками.

Введение. Семейная средиземноморская лихорадка (ССЛ) является аутовоспалительным заболеванием (АВЗ), ассоциированным с патогенными вариантами гена MEFV. ССЛ считается моногенным АВЗ с аутосомно-рецессивным механизмом наследования: заболевание развивается у пациентов с двумя патогенными вариантами в транс-положении, а лица с одним патогенным вариантом – носители. Однако в литературе встречаются описания клинических случаев ССЛ у гетерозиготных носителей. К тому же клиническая картина варьирует в зависимости от обнаруженных вариантов.

Цель. Исследовать особенности цитокинового профиля у пациентов с разными генотипами гена MEFV для оценки агрессивности выявленных генетических вариантов и генотипов.

Материалы и методы. В исследование были включены 275 пациентов, обратившихся для поиска патогенных вариантов в гене MEFV. Для всех обследованных было проведено секвенирование 2, 3, 5 и 10 экзонов гена MEFV методом секвенирования по Сэнгеру. Исследование уровня цитокинов (СРБ, IL-1, IL-6, IL-8 и IL-18) проводилось в образцах ЭДТА-плазмы, полученной из венозной крови центрифугированием и однократно замороженной при температуре -80°C. В качестве группы сравнения были выбраны образцы 24 условно здоровых доноров из биобанка лаборатории. Для определения уровня цитокинов использовались наборы производителя Вектор-БЕСТ, Россия. Статистическая обработка проведена с использованием программы GraphPadPrism 8 (GraphPadSoftwareInc., США).

Результаты. По результатам генотипирования 275 образцов были разделены на подгруппы в зависимости от выявленного генотипа: нормальный генотип – WT (n=60); гомозиготы (n=28), компаунд-гетерозиготы (n=71), гетерозиготы (n=86), носители патогенных вариантов в сочетании с вариантами неясной клинической значимости (VUS) (n=15) – составили группу FMF; носители только VUS (n=15) были исключены из дальнейшего исследования.

При исследовании уровня цитокинов методом иммуноферментного анализа в 260 образцах ЭДТА-плазмы (группы FMF, n=200, и WT, n=60) и 24 образцах сыворотки здоровых доноров (HD, n=24) отмечалось повышение уровня СРБ, IL-1, IL-6, IL-18 в группе FMF в сравнении с группой HD (для всех цитокинов P<0,0001), а также отмечалось увеличение уровня IL-6 (P<0,05) и IL-18 (P<0,0001) в группе FMF в сравнении с группой WT, различий уровня IL-8 обнаружено не было. Выявлены более высокие значения уровня СРБ (P<0,01) и IL-18 (P<0,0001) в группе гомозигот с обнаруженными агрессивными вариантами в сравнении с гомозиготными неагрессивными вариантами, а также уровень IL-18 был выше в подгруппе агрессивных гетерозиготных вариантов в сравнении с неагрессивными (P<0,05).

Выводы. Генотип и агрессивность обнаруженных вариантов оказывают влияние на активность воспалительного процесса у пациентов с ССЛ.

Введение. Дефект C1-INH, помимо того, что вызывает отек за счет нарушения системы калликреин/кинин, оказывает влияние на пути коагуляции и фибринолиза, регуляцию врожденного и адаптивного иммунного ответа. Результаты опубликованных клинических и экспериментальных исследований демонстрируют связь НАО с повышенным риском аутоиммунных расстройств, злокачественных опухолей. Можно предположить вклад изменений иммунного реагирования в условиях хронического нарушения системы комплемента в поддержании развития сопутствующей соматической патологии у пациентов с НАО. Цель – анализ основных параметров функционирования факторов адаптивного и врожденного иммунного ответа у пациентов с НАО в зависимости от наличия или отсутствия сопутствующей патологии. Материал и методы. Обследованы 24 человека, средний возраст 42±13, страдающих НАО 1-го типа, разделены на две группы: пациенты с НАО, имеющие заболевания ЖКТ (хронический гастрит, хронический колит, хронический панкреатит), всего 10 человек и пациенты с НАО без коморбидной патологии (14 человек). В межприступный период и в условиях отсутствия обострений соматической патологии проведена оценка активности ангиоотеков (ААS 28) и контроля за их развитием (AEST), качества жизни (АЕ-QoL), исследованы факторы врожденного и адаптивного иммунитета. Группу сравнения составили 10 практически здоровых доноров крови в возрасте 40-55 лет. Результаты. При сопоставлении результатов иммунологического обследования пациентов с НАО 1 типа и показателями иммунного статуса группы сравнения практически здоровых показано, что у пациентов с НАО регистрируется угнетение резервных ресурсов нейтрофильного фагоцитоза, снижение доли НК, содержащих гранулы гранзима В, повышение количества В-лимфоцитов, усиление дифференцировки Т-лимфоцитов в сторону цитотоксической субпопуляции с повышением литических свойств и увеличением количества Т-регуляторных клеток. У пациентов с НАО и сопутствующей патологией в сравнении с пациентами, не имеющими других заболеваний, на фоне более тяжелого течения НАО, в большей степени угнетены функциональные показатели клеток врожденного иммунитета при увеличении числа циркулирующих В-лимфоцитов.Заключение. Сопутствующая соматическая патология вносит свой негативный вклад в дисфункцию иммунного ответа, приводит к усугублению функциональных и регуляторных нарушений как врожденного, так и адаптивного иммунного ответа, утяжеляет течение НАО. Необходим динамический контроль за параметрами функционирования иммунной системы.

Наследственный ангиоотек (НАО) представляет собой редкое наследственное заболевание, проявляющееся периодическими эпизодами отёка кожи, слизистых оболочек и внутренних органов. Развитие заболевания связано с нарушением регуляции калликреин-кининовой системы, что приводит к избыточной продукции брадикинина. Наиболее распространённой формой является НАО I типа, возникающий вследствие количественного дефицита C1-ингибитора, обусловленного мутациями в гене SERPING1. Генетический анализ в большинстве случаев ограничивается выявлением патогенетически значимых вариантов в SERPING1. При этом потенциальный вклад дополнительных генетических изменений в других генах, участвующих в регуляции калликреин-кининовой системы, игнорируется и остаётся недостаточно изученным.

Целью нашей работы было оценить при помощи биоинформатического метода возможную патогенетическую значимость редких полиморфных вариантов в генах KNG1, MYOF, HS3ST6 у пациентов с НАО I типа.

Материалом служила цельная кровь 24 пациентов с симптомами НАО, полученная вне обострения. Диагноз устанавливался на основании клинических, лабораторных и генетических данных. Было проведено полногеномное секвенирование с последующим анализом дополнительных генетических вариантов в генах, участвующих в регуляции калликреин-кининового каскада, включая варианты с неопределённым клиническим значением. Для прогноза клинической значимости найденных полиморфных вариантов на белки KNG1, MYOF, HS3ST6 были использованы различные веб-ресурсы, основанные на разных алгоритмах (ConSurf, PrimateAI, CADD, PolyPhen-2, SNPs&GO, PhD-SNP, MutationTaster2021, PredictSNP, MuPro, MutPred2, Michelanglo-VENUS и I-Mutant2.0, MolProbity). Проверку структур проводили в программе ChimeraX.

Результаты. При полногеномном секвенировании у 4 неродственных пациентов помимо патогенетически значимой мутации в гене SERPING1 были найдены NM_001102416.3:c.758-7C>G в гене KNG1, NM_001009606.4:c.542G>A в гене HS3ST6 и два полиморфных варианта NM_013451.4:c.3499T>C и NM_013451.4:c.6058G>A в гене MYOF с неизвестным клиническим значением. In silico анализ показал, что патогенетически наиболее значимый потенциал имеет полиморфный вариант NM_001009606.4:c.542G>A в гене HS3ST6. При этом результаты различных прогностических алгоритмов для ряда других исследуемых генетических вариантов оказались противоречивыми.

Полученные результаты свидетельствуют о возможной роли дополнительных полиморфных вариантов в генах, участвующих в регуляции калликреин-кининового каскада, в модификации клинических проявлений наследственного ангиоотёка. Однако для подтверждения их патогенетического значения необходимы дальнейшие исследования, включая анализ семейной сегрегации и функциональную валидацию выявленных вариантов.

Введение. Полипозный риносинусит (ПРС) часто сочетается с бронхиальной астмой (БА), что утяжеляет течение обоих заболеваний и требует дифференцированного подхода к терапии.

Цель исследования: оценить концентрации цитокинов (IFN-γ, IL-2, IL-4, IL-5, IL-10, IL-13, IL-17A, IL-1β, IL-8) в сыворотке крови и назальном секрете, а также интенсивность субъективных симптомов по визуально-аналоговой шкале (ВАШ) у пациентов с различными фенотипами ПРС и БА для определения типа иммунного ответа.

Материалы и методы. Обследовано 80 пациентов с ПРС (31 – изолированный ПРС, 26 – ПРС в сочетании с атопической БА (ПРС+АБА), 23 – ПРС в сочетании с неатопической БА (ПРС+НБА)) и 46 здоровых добровольцев. Концентрации цитокинов определяли методом ИФА. Статистическую обработку проводили с использованием U-критерия Манна–Уитни.

Результаты. Установлено, что изолированный ПРС характеризуется Th2-типом иммунного ответа (высокие уровни IL-4, IL-5, IL-13) как в крови, так и в назальном секрете. При ПРС+АБА выявлен смешанный Th1/Th2-профиль (повышены IFN-γ, IL-2, IL-4, IL-5, IL-13). Для ПРС+НБА характерен Th1/Th2/Th3-ответ в крови (максимальные значения IFN-γ, IL-2, IL-17A, IL-1β, IL-8) и Th1/Th3-ответ в назальном секрете. Наибольшая выраженность субъективных симптомов (особенно боли и заложенности носа) отмечена в группе ПРС+АБА (средний балл ВАШ 7,43), наименьшая – при изолированном ПРС (3,33). В группе ПРС+НБА зафиксирована диссоциация между системным и локальным иммунным ответом: при высоких системных уровнях провоспалительных цитокинов локально преобладали Th1/Th3-цитокины при относительно низких уровнях IL-4, IL-5, IL-13. Высокие концентрации IL-10 в этой группе, вероятно, отражают компенсаторные регуляторные механизмы.

Заключение. Фенотипы ПРС различаются по характеру иммунного ответа и клинической картине. Полученные данные обосновывают необходимость персонализированной терапии, направленной на коррекцию дисбаланса цитокинов, и могут служить основой для прогнозирования течения заболевания.

В настоящее время продолжаются исследования, направленные на изучение ассоциации генетических факторов риска COVID-19, в частности, полиморфных вариантов генов-факторов риска. Известно, что в иммунопатогенезе COVID-19 важную роль играют цитокины, в частности, IL-17 и TNFα, являющиеся важными медиаторами воспаления при COVID-19. Анализ особенностей распределения частот аллелей и генотипов генов IL-17A(-197)*G/A, IL-17F(7488)*T/C и TNFA(-308)*G/A у русских Челябинской области с COVID-19 по отдельности показан нами ранее, целью же настоящего исследования было оценить особенности распределения частот встречаемости и параметры сцепления межгенных гаплотипов, образованных однонуклеотидными полиморфными сайтами указанных выше генов у русских Челябинской области с COVID-19. Мы предполагаем, что анализ гаплотипических частот генов провоспалительных цитокинов IL-17A(-197)*G/A, IL-17F(7488)*T/C и TNFA(-308)*G/A может существенно увеличить значимость данных генов в развитии и течении COVID-19. Так, в ходе работы нами впервые определены частоты встречаемости двухлокусных и трехлокусных гаплотипов, образованных однонуклеотидными полиморфными сайтами генов IL-17A(-197)*G/A, IL-17F(7488)*T/C и TNFA(-308)*G/A у русских Челябинской области с COVID-19. Выявлены гаплотипы, которые можно рассматривать как иммуногенетические факторы устойчивости к COVID-19 (IL-17A(-197)*G~IL-17F(7488)*C, IL-17A(-197)*G~IL-17F(7488)*C~TNFA(-308)*G и IL-17A(-197)*G~IL-17F(7488)*T~TNFA(-308)*A) и гаплотипы, повышающие восприимчивость к заболеванию COVID-19 у русской популяции Челябинской области (IL-17A(-197)*G~TNFA(-308)*G, IL-17A(-197)*G~IL-17F(7488)*T и IL-17A(-197)*G~IL-17F(7488)*T~TNFA(-308)*G). В исследование вошли 2 группы русских Челябинской области: больные COVID-19 (137 человек) и контрольная группа (167 человек). Больные COVID-19 проходили лечение в противоковидных больницах города Челябинска в эпидемический период с декабря 2019 года по апрель 2021 года, имели лабораторно подтвержденный анализ на COVID-19 и не имели сопутствующих заболеваний. Группа контроля была набрана из числа потенциальных доноров стволовой клетки ГБУЗ «Челябинская областная станция переливания крови», не имевших антител к возбудителю SARS-CoV-2, прививок от COVID-19 и не состояли в Федеральном регистре лиц, больных COVID-19. Полиморфные варианты исследуемых нами генов, G-197A в гене IL-17A, T7488C в гене IL-17F и G-308A в гене TNFA, определены с помощью аллель-специфичной полимеразной цепной реакции с последующей электрофоретической детекцией результатов в 3%-ом агарозном геле. Статистическая обработка полученных данных была проведена с помощью оценки критерия X², критерия отношения шансов и 95% доверительных интервалов. Определение частот встречаемости гаплотипов с учетом ошибки среднего и параметров неравновесного сцепления аллелей в локусах было проведено с помощью программы Arlequin (ver. 3.5). Полученные результаты считали статистически значимыми при p<0,05.

Введение. Современная клиническая иммунология переходит к системному анализу многомерных функциональных связей, рассматривая женский организм как динамическую систему, где гомеостаз поддерживается взаимодействием метаболических факторов, барьерной резистентности и клеточного надзора. Актуальность исследования обусловлена ростом метаболических нарушений, выступающих триггерами системного воспаления низкой интенсивности, что ведет к фенотипической инверсии нейтрофилов и преждевременному истощению функционального резерва иммунитета. Цель. Целью работы стала оценка влияния метаболических и барьерных факторов на формирование индивидуальных паттернов иммунной системы женщин репродуктивного возраста с использованием нелинейного анализа главных компонент. Материалы и методы. Обследовано 84 условно-здоровые женщины, у которых анализировали расширенную иммунограмму, субпопуляции нейтрофилов методом проточной цитометрии, показатели функциональной активности нейтрофилов. Статистическая обработка проводилась методом нелинейного анализа главных компонент, что позволило осуществить оптимальное масштабирование переменных и выделить независимые векторы иммунной адаптации. Результаты. В ходе анализа выделены три главные компоненты. Первая компонента описывает механизм метаболически-ассоциированного воспаления, где рост индекса массы тела коррелирует с количественной экспансией лейкоцитов и лимфоцитов, но сопровождается снижением бактерицидного потенциала и накоплением старых и иммуносупрессорных форм нейтрофилов. Вторая компонента характеризует вектор барьерного дефицита, при котором критическое снижение уровня иммуноглобулина класса А ведет к компенсаторной мобилизации агрессивных стареющих форм нейтрофилов и активации врожденных лимфоидных клеток, создавая риск гиперэргических реакций. Третья компонента отражает модель оптимального надзора, основанную на гармоничном сочетании зрелых сегментоядерных нейтрофилов и цитотоксических лимфоцитов, что обеспечивает эффективную противовирусную защиту и поддержание клеточного гомеостаза. Установлено, что возраст после тридцати трех лет является критической точкой, за которой кумулятивное влияние метаболических факторов начинает превалировать над физиологическими механизмами, смещая профиль от стадии максимальной пластичности к формированию признаков иммунологического старения. Выводы. Проведенное исследование доказывает, что иммунная система женщин функционирует как многомерная сеть, в которой векторы метаболического напряжения, барьерной защиты и цитотоксического надзора находятся в динамическом взаимодействии. Индекс массы тела выступает ключевым модулятором, переводящим систему из состояния качественного надзора в модель функциональной хрупкости. Интегративная оценка выделенных факторов позволяет проводить прецизионный мониторинг здоровья и идентифицировать скрытые признаки иммунологической деградации задолго до появления клинических симптомов заболеваний, что открывает новые возможности для персонализированной предиктивной медицины.

Введение. Нами развивается направление, которое исследует роль растворимых Tas2R рецепторов при бронхиальной астме. Растворимые Tas2R-рецепторы рассматриваются сквозь призму функций соответствующих мембранных рецепторов. При этом растворимой форме Tas2R-рецепторов отводится роль белков-ловушек, блокирующих клеточные функции, опосредуемые мембранными рецепторами.

Цель исследования - сравнительный анализ ассоциации растворимых рецепторов Tas2R38 и Tas2R31 с клинико-функциональными характеристиками бронхиальной астмы.

Материалы и методы. Обследовано, в целом, 34 практически здоровых лиц, 76 больных с аллергической бронхиальной астмой (АБА) и 42 больных с неаллергической бронхиальной астмой (НАБА). Уровни экспрессии Tas2R38 и Tas2R31 в сыворотке крови определяли иммуноферментным методом.

Результаты. Выявлено, что уровни рецепторов Tas2R38 и Tas2R31 в сыворотке крови при различных вариантах бронхиальной астмы существенно различаются. При НАБА этот уровень достоверно выше, чем при АБА для обоих субтипов рецепторов..

Выявлена значимая положительная корреляционная связь уровня Tas2R-рецепторов и тяжести течения бронхиальной астмы только для Tas2R31. При оценке связи значений функциональных показателей внешнего дыхания и значений Tas2R выявлено, что эта связь носит значимый негативный характер только для Tas2R31, причем эта связь касается таких показателей, как ОФВ₁, МОС₅₀,  МОС₇₅, СОС_25-75, индекс Тиффно. Выявлены значимые положительные связи с признаками сенсибилизации (лекарственной и грибковой) у больных бронхиальной астмой, причем только для Tas2R31-рецепторов.

Обнаружены значимые связи Tas2R38-рецепторов с форменными элементами крови (в % в лейкограмме): с моноцитами, нейтрофилами, при этом направленность связи для моноцитов (прямая) и нейтрофилов (обратная).

Значимая прямая связь Tas2R38 выявлена с уровнем цитокина IL-10.

Установлена значимая прямая связь уровней Tas2R38 с содержанием в мокроте как клеток реснитчатого, так и базального эпителия.

Обсуждение. Обращает внимание тот факт, что уровни Tas2R38-рецепторов связаны преимущественно с уровнями клеток, участвующими в иммунологическом ответе, а уровни Tas2R31 – с функциональными показателями, характеризующими бронхиальное сопротивление.

Исходя из разрабатываемой нами концепции растворимых рецепторов в отношении Tas2R-сигнализации при бронхиальной астме, растворимым Tas2R-рецепторам отводится роль белков-ловушек, блокирующих клеточные функции, опосредуемые мембранными рецепторами.

Тропомиозин (ТМ) — белок, обладающий высокой аллергенной активностью. Этот белок присутствует как у беспозвоночных, так и позвоночных животных. Однако аллергенной активностью обладают в основном ТМ беспозвоночных животных: гельминтов, моллюсков, членистоногих (ракообразных, клещей, насекомых) и между ними наблюдается высокая (до 80%) перекрёстная IgE-реактивность. Многие исследователи считают ТМ паналлергенами. Целью исследования было оценить роль и место ТМ беспозвоночных в формировании особенностей различных паттернов сенсибилизации у больных аллергическими заболеваниями (АЗ), проживающими в средней полосе России (Москве и Московской области). В сыворотках крови 1296 пациентов с АЗ с использованием аллергочипа ALEX² (MacroArrayDX(MADx, Austria) одномоментно измеряли sIgE к 5 молекулам ТМ: гельминтов (Anisakis simplex, Ani s 3), черных тигровых креветок (Penaeus monodon, Pen m 1), клещей домашней пыли (Dermatophagoides pteronyssinus, Der p 10) и амбарных клещей (Blomia tropicalis, Blo t 10), американских тараканов (Periplaneta americana, Per a 7). Частота выявления sIgE к ТМ была не высока и варьировала от 2,4% до 3,7%. При этом уровень sIgE к различным ТМ чаще соответствовал 1-2 классам сенсибилизации. Обнаружена высокая положительная корреляция Пирсона между концентрацией sIgE к ТМ и другим аллергенам, в первую очередь ракообразным и насекомым (r = 0,94-0,99, р <0,0005). Из 59 пациентов, у которых были выявлены sIgE хотя бы к одной из 5 молекул ТМ, в 28 (47,5%) случаях зарегистрированы антитела ко всем 5 молекулам. sIgE к 1 молекуле ТМ обнаружены у 19 пациентов (32,2%); к 2 – у 8 пациентов (13,6%); а к 3 и 4 молекулам у 3 (5,1%) и 1 (1,7%) пациентов соответственно. Используя метод главных компонент профили сенсибилизации 59 пациентов были сгруппированы в 4 кластера. Каждый из этих кластеров имеет свои особенности. Для 59,3% пациентов, входящих в кластер 1, характерна широкая полисенсибилизацией на фоне доминирования sIgE к PR-10 (пыльцы деревьев и перекрестно реагирующих пищевых аллергенов). Для 22,0% пациентов кластера 2 характерно доминирование sIgE к клещам домашней пыли. Особенностью кластера 3 (11,8% пациентов) является преобладание sIgE к морепродуктам и аллергенам насекомых. Профиль сенсибилизации пациентов кластера 4 неясны, в связи с их немногочисленностью.

Ключевой особенностью ВПГ-1 инфекции, опосредующей его клиническую и эпидемиологическую значимость, является способность к пожизненной персистенции в сенсорных ганглиях с периодическими реактивациями. Особую обеспокоенность вызывает рост случаев герпетического энцефалита, на долю которого приходится до 25% всех вирусных энцефалитов, а также увеличение случаев генитальной инфекции, вызванной ВПГ-1, что подчёркивает изменяющуюся эпидемиологию и необходимость постоянного пересмотра подходов к профилактике и лечению. Дополнительно, инфекция ВПГ-1 инициирует каскад иммунных реакций, ассоциированных как с врождённым, так и с адаптивным иммунитет. Одним из наиболее перспективных подходов при разработке потенциального терапевтического средства, выступает явление РНК-интерференции (РНКи), которое представляет из себя процесс посттранскрипционного подавления экспрессии гена и последующего биосинтеза белка в результате точечного разрушения целевого участка молекулы мРНК. Инфекция ВПГ-1 инициирует каскад иммунных реакций, ассоциированных как с врождённым, так и с адаптивным иммунитет. Целью настоящего исследования была оценка влияния миРНК, таргетированных к клеточному гену Nup98, на динамику экспрессии ключевых генов иммунного ответа (TLR-9, TNF-α, IL-4, IL-13) на фоне показанного ранее ингибирования репродукции ВПГ-1 на модели in vitro.

Актуальность. Ишемическая болезнь сердца остаётся одной из ведущих причин заболеваемости, инвалидизации и смертности во всём мире. Современные данные свидетельствуют о существенной роли хронического иммунного воспаления, эндотелиальной дисфункции и нарушений регуляции ангиогенеза в развитии и прогрессировании атеросклеротического поражения коронарных артерий. Изучение взаимосвязей между иммуновоспалительными маркерами, факторами роста и структурно-функциональными изменениями сердечно-сосудистой системы может способствовать уточнению механизмов прогрессирования ишемической болезни сердца и поиску дополнительных лабораторных критериев оценки её тяжести.

Цель исследования. Оценить особенности иммуновоспалительных маркеров и факторов роста у пациентов с ишемической болезнью сердца и определить их взаимосвязь с клиническими и инструментальными показателями состояния сердечно-сосудистой системы.

Материалы и методы. В исследование включены 234 пациента среднего возраста (52,4 ± 1,27 года) с артериальной гипертензией и ишемической болезнью сердца, а также 60 практически здоровых лиц, составивших группу контроля. Верификацию ишемической болезни сердца и артериальной гипертензии проводили в соответствии с критериями Всемирной организации здравоохранения и Международной классификацией болезней 10-го пересмотра. Классификацию артериальной гипертензии осуществляли согласно рекомендациям ACC/AHA Hypertension Guidelines (2017), стабильной стенокардии напряжения — по функциональным классам Канадского кардиологического общества. Всем обследованным проводили клинико-инструментальное исследование, включавшее эхокардиографию, коронароангиографию и дуплексное ангиосканирование сонных артерий. В сыворотке крови определяли концентрации иммуновоспалительных маркеров и факторов роста. Статистическую обработку выполняли с использованием методов описательной статистики и корреляционного анализа.

Результаты. У пациентов с ишемической болезнью сердца установлено достоверное повышение уровней иммуновоспалительных маркеров по мере утяжеления клинического течения заболевания. Наиболее выраженные изменения выявлены в отношении IL-17A, IL-6, IL-1β, TNF-α и компонента комплемента C3, а также факторов роста VEGF-A, IGF-1 и TGF-β1. Установлены статистически значимые корреляционные взаимосвязи между концентрациями указанных биомаркеров, диаметром коронарных артерий, толщиной комплекса интима–медиа сонных артерий и эхокардиографическими параметрами. Полученные результаты указывают на сопряжённость иммуновоспалительной активности с выраженностью сосудистого ремоделирования и структурно-функциональных изменений миокарда.

Заключение. Полученные данные подтверждают значимую роль иммунного воспаления, эндотелиальной дисфункции и дисрегуляции факторов роста в патогенезе ишемической болезни сердца. Определение комплекса изученных маркеров может быть перспективным для дополнительной оценки тяжести заболевания и характеристики сердечно-сосудистого ремоделирования.

Невынашивание беременности представляет собой сложную и многофакторную патологию, причина которой примерно в 50% случаев остается неизвестной. Целью данного исследования стало изучение ассоциации полиморфных вариантов гена eNOS с развитием патологии невынашивания беременности, а также оценка корреляционных зависимостей между полиморфными маркерами гена eNOS и уровнем экспрессии генов IL-1β и TNFα. Был изучен материал от 163 пациенток с репродуктивными потерями (соскобы со слизистых оболочек влагалища и цервикального канала, венозная кровь). Идентификация изучаемых маркеров проводилась методом ПЦР-РВ. Статистическую обработку результатов проводили с использованием критерия Манна–Уитни и точного критерия Фишера. В ходе исследования установлены различия в экспрессии провоспалительных цитокинов в зависимости от типа невынашивания беременности. У пациенток с привычным невынашиванием выявлено статистически значимое повышение экспрессии генов IL-1β и TNFα в клетках слизистой цервикального канала по сравнению с группами спорадического невынашивания и контрольной группой. При спорадическом невынашивании отмечалась тенденция к повышению экспрессии гена IL-1β в белых клетках периферической крови и гена TNFα — в клетках слизистой цервикального канала. Следует отметить, что экспрессия гена IL-1β в клетках слизистой влагалища определялась исключительно в группе спорадического невынашивания, что может отражать специфику локального иммунного ответа при данной патологии. Также результаты проведённого исследования выявили прогностическую значимость полиморфных маркеров гена eNOS (G894T, C774T и T786C) гаплотипа GTCTTC как фактора риска развития спорадического невынашивания беременности. В свою очередь, гаплотип GTCTTT и генотип T/T полиморфизмов G894T и C774T продемонстрировали протективные свойства в отношении данной патологии. В ходе исследования выявлена ассоциация между уровнями экспрессии гена IL-1β и полиморфными маркерами G894T, C774T и T786C гена eNOS. Установлено, что генотип TT (T786C) ассоциирован с низким уровнем экспрессии IL-1β, тогда как генотип CC (T786C) коррелирует с повышенной экспрессией данного гена в белых клетках периферической крови. Также подтверждена связь между экспрессией IL-1β в клетках слизистой цервикального канала и указанными полиморфными маркерами гена eNOS. Показано, что экспрессия IL-1β зависит от генотипа по полиморфизму T786C: экспрессия гена IL-1β отсутствует у носителей генотипа TT и регистрируется у носителей генотипа TC. Полученные данные могут служить основой для прогностической оценки риска невынашивания беременности.

Цель настоящей работы - исследовать взаимосвязи содержания в сыворотке крови идиотипических и антиидиотипических антител, специфичных к эстрадиолу (IgA₁-E2 и IgG₂-E2), с генетическими полиморфизмами ферментов репарации ДНК (hOGG1 (rs1052133); XRCC1 (rs25489); ERCC2 (rs13181); APEX1 (rs1130409)) у больных раком молочной железы (РМЖ) с учётом содержания в опухоли Ki-67 экспрессирующих клеток.

Идиотипические и антиидиотипические антитела исследовали с помощью ELISA в сыворотке крови больных РМЖ: 360 с I стадией и 376 со II–IV стадиями. Полиморфизм локусов генов hOGG1:с.977C>G, p.Ser326Cys (rs1052133); XRCC1:c.839G>A, p.Arg280His (rs25489); APEX1:c.444 T>G, p.Asp148Glu (rs1130409); ERCC2:c.2251A>C, p.Lys751Gln (rs13181)  определяли методом аллель-специфической ПЦР с использованием наборов «SNP-экспресс» (НПФ «Литех», г. Москва). У больных РМЖ II–IV стадией с низкими и высокими уровнями IgA₁-E2   высокое содержание в опухоли Ki-67 положительных клеток (>30%) обнаруживали в 47,9% и 58,9% (р = 0,035); с низкими и высокими уровнями IgG₂-E2 в 61,2% и 46,9% (р = 0,001). Высокие уровни Ki-67 в опухоли выявлялись у 55,6% больных II–IV стадиями с одновременно низкими уровнями IgA₁-E2 и IgG₂-E2; у 67,6% – с высокими уровнями IgA₁-E2 и низкими IgG₂-E2; у 43,2% – с низкими уровнями IgA₁-E2 и высокими IgG₂-E2; у 52,2% больных – с одновременно высокими уровнями IgA₁-E2 и IgG₂-E2. Таким образом, IgG₂-E2 тормозили пролиферацию опухоли, а IgA₁-E2 угнетали этот эффект. Не обнаружили взаимосвязи генетических полиморфизмов hOGG1, XRCC1, ERCC2, APEX1 с содержанием в опухоли Ki-67 положительных клеток. Высокие уровни IgA₁-E2 обнаружили у 39,9% больных с CC генотипом hOGG1 и у 47,8% с CG генотипом (р = 0,049). Высокие уровни IgG₂-E2 обнаружили у 65,3% больных с CC генотипом hOGG1 и у 53,7% с CG генотипом (р = 0,003). Высокие уровни IgG₂-E2 в комбинации с низкими IgA₁-E2 встречались у 40,6% больных с CC генотипом hOGG1 и у 27,2% с CG генотипом. Остальные сочетания низких и высоких уровней IgA₁-E2 и IgG₂-E2 встречались чаще у больных с генотипом CG hOGG1. Различия между больными CC и CG генотипами hOGG1 по удельному весу анти-пролиферативного и про-пролиферативных иммунологических фенотипов были статистически значимыми (р = 0,003).

Впервые показано, что образование антител, модулирующих пролиферативную активность опухоли, может быть связано с активностью ферментов репарации ДНК. В частности, образование антител, специфичных к E2, у больных РМЖ ассоциировано с генетическим полиморфизмом hOGG1. Иммуноанализ IgA₁-E2 и IgG₂-E2 можно использовать у больных РМЖ I стадии для оценки пролиферативной активности опухоли при дальнейшем её росте.

Наличие FcᵧRIIIb (CD16) на поверхности нейтрофильных гранулоцитов (НГ) крови человека наделяет эти клетки через взаимодействие с IgG ключевым свойством адаптивного иммунитета: антигенспецифическим клеточным ответом. Целью работы явилось сравнение ex vivo реакции  FcᵧRIIIb НГ человека в ответ на добавление в кровь живых клеток условно-патогенных (Escherichia coli,  Staphylococcus aureus) и патогенных (Yersinia pestis, Brucella abortus) видов бактерий. Материалы и методы. Плотность экспрессии  СD16 на НГ определяли методом проточной цитометрии в условных единицах интенсивности флуоресценции (MFI) после окраски лейкоцитов реагентами CD45-FITC и CD16-PE (Backman Coulter, USA) при иммунофенотипировании их в крови согласно Lyse/No-Wash протоколу. Для моделирования бактериемии использовали аттенуированные (вакцинные) штаммы B. abortus 19BA и Y.pestis EV НИИЭГ, а также штаммы S. aureus ATCC 6538 (209-P) и E.coli ATCC 25922. Кровь получали от здоровых доноров (n=10), не прививавшихся от чумы и бруцеллеза. Бактерии 4-х видов добавляли в образцы крови каждого донора в дозе 10⁸ м.к./мл и результаты учитывали по исследуемому показателю через 30 мин,1,2 и 6 ч инкубации. Результаты. Условно-патогенные бактерии, в отличие от Y. pestis и B. abortus, вызывали, начиная с 2 ч инкубации, резкое снижение плотности экспрессии FcᵧRIIIb на НГ крови человека, что являлось маркером развития ex vivo IgG-обусловленной анафилаксии, связанной с присутствием в крови всех здоровых взрослых  людей IgG к специфическим антигенам E. coli и S.aureus. Изменения по маркеру CD16, индуцируемые в НГ условно-патогенными бактериями, предшествовали дегрануляции и лизисy этих клеток в условиях ex vivo, в то время как в присутствии  Y. pestis и B. abortus нейтрофилы в течение 6 ч не подвергались дегрануляции и цитолизу.  Заключение. Полученные в работе экспериментальные данные  отражают известный факт участия в обезвреживании E. coli и S.aureus феномена  внеклеточной антителозависимой цитотоксичности НГ, который реализуется в потоке крови с помощью механизма нетоза и играет решающую роль в предотвращении сепсиса. Отсутствие реакции молекулярного триггера нетоза CD16  на   Y. pestis и B. abortus свидетельствует о том, что в организме человека, не привитого против чумы или бруцеллёза, этот защитный антителозависимый механизм бактерицидности не работает. Оценка реактивности FcᵧRIIIb c использованием проточной цитометрии  на модели бактериемии ex vivo перспективна для  разработки информативного теста оценки специфического иммунитета.

Несмотря на свою экономическую значимость и пользу, клубника (Fragaria × ananassa) может вызывать аллергические реакции, опосредованные IgE, преимущественно проявляющиеся синдромом оральной аллергии. Основным фактором сенсибилизации служит аллерген Fra a 1. Этот белок входит в семейство PR-10 (белки, связанные с патогенезом) и гомологичен по своей структуре мажорному аллергену пыльцы берёзы Bet v 1. В данной работе оценивался аллергенный потенциал аллергена клубники Fra a 1, а также анализировались изменения его структурно-функциональных характеристик под влиянием термической обработки. В рамках работы был получен рекомбинантный аллерген клубники Fra a 1, методом флуоресцентной спектроскопии впервые показана его способность связывать широкий спектр жирных кислот, что подтвердило функциональную активность рекомбинантного аналога. Методом кругового дихроизма показано, что нагревание до 98°C вызывает необратимые изменения вторичной структуры белка. С использованием метода иммуноферментного анализа было продемонстрировано, что предварительное кипячение (99°C, 15 мин) приводит к статистически значимому, но частичному ( <30%) снижению способности Fra a 1 связывать перекрестно-реагирующие поликлональные анти-Bet v 1 IgG, в то время как связывание со специфическими IgE из сывороток пациентов с пыльцево-пищевой аллергией снижалось лишь в половине случаев. Исследование кинетики протеолиза выявило быструю деградацию аллергена пепсином in vitro, которая не ускорялась при его предварительном прогревании. При этом Fra a 1 проявил относительную устойчивость к расщеплению лизосомальными ферментами макрофагов человека in vitro по сравнению с Bet v 1 березы и Gly m 4 сои. Полученные данные свидетельствуют о частичной термостабильности аллергена Fra a 1, его способности сохранять IgE-связывающую активность у части сенсибилизированных лиц после нагревания и о характеристиках протеолитической деградации, которые могут модулировать его иммуногенность. Результаты работы важны для оценки рисков, связанных с употреблением термически обработанной клубники, и разработки стратегий снижения аллергенности.

Синдром Эдвардса (трисомия по хромосоме 18) является второй по частоте аутосомной трисомией после синдрома Дауна. Он сопровождается выраженной полисистемной патологией, затрагивающей практически все органы и системы, включая структуры иммунного аппарата. Несмотря на то, что иммунные нарушения при данной хромосомной аномалии встречаются достаточно часто и способны существенно влиять на клиническое течение заболевания, вопросам их морфологической диагностики в практике детской патологии традиционно уделяется недостаточное внимание. Это приводит к тому, что значимые структурные изменения иммунных органов остаются недооценёнными и редко рассматриваются как отдельный компонент патогенеза.

Целью настоящей работы являлся детальный анализ морфологических изменений в органах иммунной системы у детей с синдромом Эдвардса. Исследование выполнено на базе ГАУЗ СО «СОПАБ» (Екатеринбург, Россия) и включало анализ аутопсийного материала 10 пациентов, умерших в период с 2019 по 2025 гг. Изучение медицинской документации показало, что, несмотря на проведение полного объёма клинического обследования, прижизненно ни одному ребёнку диагноз иммунодефицита сформулирован не был, и данный компонент не отражался в заключительном клиническом диагнозе.

Посмертное морфологическое исследование выявило у 70% детей выраженные изменения иммунных органов. В тимусе отмечались гипоплазия (30%), гипопластическая дисплазия с очагами жирового перерождения и лимфоидным опустошением (10%), а также крупнокистозная гипопластическая дисплазия (10%). В селезёнке фиксировались нарушения структуры и количественных характеристик лимфоидных элементов. Инфекционные осложнения, занимавшие в структуре патологоанатомического диагноза место конкурирующего процесса или непосредственной причины смерти, были обнаружены у 6 детей (60%). В одном случае диагностирована затяжная рецидивирующая пневмония, в остальных – генерализованные инфекционные процессы. Все инфекционные осложнения сочетались с тяжёлыми врождёнными пороками развития и/или выраженными нарушениями структуры тимуса.

Полученные данные подчёркивают необходимость дальнейшего углубленного изучения иммунопатологии при хромосомных аномалиях для улучшения диагностики как на клиническом, так и на патологоанатомическом этапах.

Толл-подобные рецепторы (TLR) - важное звено врожденного иммунного ответа, выполняющее функцию распознавания «образа» патогенов и разрушения клеток, тканей и активации иммунного ответа с развитием местного воспаления. При неспецифическом язвенном колите (НЯК) воспаление, локализующееся, преимущественно, в толстом кишечнике имеет хронический и рецидивирующий характер, а его этиопатогенез включает множество факторов. TLR выступают одним из факторов реализации и поддержания хронического воспаления в толстом кишечнике. Рецепторы TLR 1, 2, 6 на поверхности колоноцитов как самостоятельно, так и в составе гетеродимеров, распознают широкий спектр молекул, а их сигнальные пути индуцируют синтез провоспалительных цитокинов. Гены данных рецепторов расположены на 4 хромосоме, входят в субсемейство TLR1-2-6-10, а также способны образовывать гаплотипы, которые обеспечивают селективное преимущество за счет повышения устойчивости к инфекциям. Их однонуклеотидные полиморфизмы (SNP) приводят к изменению белковой структуры и функциональной активности рецептора и могут быть ассоциированы с восприимчивостью к различным заболеваниям. Цель исследования — проанализировать двух- и трехлокусные гаплотипы, образованные SNP в генах толл-подобных рецепторов 1, 2, 6  и выявить их ассоциацию с неспецифическим язвенным колитом. Выборка включала лица русской популяции: 143 человека с диагнозом НЯК и 184 условно-здоровых лиц в качестве группы сравнения. SNP 2258G>A (TLR2 rs5743708), 745C>T (TLR6 rs5743810) определяли с помощью аллель-специфической ПЦР, для определения SNP 1805T>G (TLR1 rs5743618) применяли метод ПДРФ. Параметры сцепления и частоты гаплотипов, образованные указанными SNP определяли с помощью программы Arlequin ver3.5. Различия в выборках оценивали по стандартным иммуногенетическим критериям и считали значимыми при р ≤ 0,05. Анализ данных показал, что генетические полиморфизмы TLR2 rs5743708 и TLR6 rs5743810 в исследованной популяции не ассоциированы с предрасположенностью к НЯК, а предковый аллель T в 1805 положении гена TLR1 и гомозиготный генотип T/T обладают протективным эффектом. Двухлокусный гаплотип 1805*T~2258*G был определён как защитный фактор против НЯК, а гаплотип 1805*G~745*C – как фактор предрасположенности к заболеванию. Двухлокусные гаплотипы TLR2~TLR6, равно как и трехлокусные гаплотипы TLR2~TLR1~TLR6  исследуемой популяции не показали связь с восприимчивостью к НЯК. Наши результаты частично согласуются с общемировыми данными — отдельные полиморфизмы в генах  TLR 1, 2 и 6 в популяции русских не ассоциированы с заболеванием. Однако, их аллели способны формировать двухлокусные гаплотипы с положительным и отрицательным эффектом относительно риска развития НЯК.

Клетки трофобласта участвуют в формировании плаценты. В редких случаях они могут претерпевать опухолевую трансформацию, приводя к развитию хорионкарциномы (ХК). Одним из подходов в противоопухолевой терапии является таргетное воздействие на транскрипционный аппарат опухолевых клеток, в частности на циклин-зависимые киназы CDK8/19, ассоциированные c РНК-полимеразой II. Ингибирование циклин-зависимых киназ, в том числе CDK8/19, представляет интерес в целом как способ регуляции активности клеток. Актуальны исследования в области оценки возможности использования низкомолекулярных ингибиторов CDK8/19 при ХК, а также перспектив их применения для регуляции активности клеток трофобласта. Целью работы была оценка влияния ингибитора CDK8/19 на секреторную активность клеток трофобласта линии JEG-3. В работе использовали клетки линии JEG-3, индукторы (TNFα, IL-1β, IL-10, PMA) и ингибитор CDK8/19 (ИЦК). Оценена жизнеспособность клеток линии JEG-3 и секреция ими βХГЧ в присутствии ИЦК, а также секреция клетками линии JEG-3 цитокинов TGFβ1, RANTES и VEGF. Результаты. Установлено, что ИЦК не приводил к гибели клеток линии JEG-3 и не изменял их секрецию βХГЧ. Как провоспалительные факторы (TNFα, IL-1β, PMA), так и противовоспалительный цитокин IL-10 стимулировали секрецию TGFβ1 клетками линии JEG-3. ИЦК увеличивал секрецию цитокина TGFβ1 клетками линии JEG-3. В случае последовательного воздействия на клетки линии JEG-3 ИЦК и индукторов эффекты ИЦК на профиль секреции не выявлены. Секреция RANTES и VEGF клетками линии JEG-3 не изменялась под воздействием ИЦК или индукторов. Выводы. Ингибирование CDK8/19 не является вариантом терапии выбора при ХК из-за отсутствия его влияния на секрецию βХГЧ и отсутствия токсического эффекта на клетки трофобласта линии JEG-3. Повышение секреции TGFβ1 в присутствии ИЦК может иметь значение для модулирования функций клеток трофобласта при репродуктивных патологиях.

Введение. Синдром Луи-Бар (атаксия-телеангиэктазия, АТ) — редкое аутосомно-рецессивное мультисистемное заболевание, обусловленное мутацией в гене ATM, и представляющее собой тяжёлый комбинированный первичный иммунодефицит. В условиях экологической катастрофы Приаралья диагностика АТ крайне затруднена ввиду неврологической маски и отсутствия молекулярно-генетических программ скрининга.

Цель. Изучить клинико-иммунологические особенности и оценить эффективность внутривенной иммуноглобулиновой заместительной терапии у детей с синдромом Луи-Бар, проживающих в регионе Приаралья. Материалы и методы. Обследовано 9 детей (5 девочек, 4 мальчика) с верифицированным синдромом Луи–Бар в возрасте от 6 до 19 лет (средний возраст 14,5±3,5 года). Иммунофенотипирование (CD3⁺, CD4⁺, CD8⁺, CD16⁺CD56⁺, CD19⁺) проводилось на проточном цитометре Accuri C6 (Becton Dickinson, США). Гуморальный иммунитет оценивался методом ИФА (IgG, IgG1–4, IgA, IgM, IgE, ЦИК, АФП). Фагоцитарная функция исследовалась с применением DHR123. Молекулярно-генетическое типирование мутаций ATM выполнено с использованием платформы Invitae. Терапия: ВВИГ 0,4–0,8 г/кг/мес в течение 3 месяцев. Иммунологическое обследование проводили до начала терапии и через 3 месяца лечения. Статистический анализ выполнен с использованием IBM SPSS Statistics v.26. Проверку распределения данных проводили с использованием критерия Шапиро–Уилка. Для сравнения показателей до и после лечения применяли критерий Вилкоксона. Различия считали статистически значимыми при p<0,05. Результаты исследования. В 55,6% случаев выявлены родственные браки, в 44,4% — отягощённый семейный анамнез. Все пациенты ранее наблюдались с диагнозом «прогрессирующая мозжечковая атаксия». До начала ВВИГ-терапии выявлены: выраженная лимфопения (19,0±0,43% при норме 43,0±0,61%), резкое снижение CD4⁺ (15,4±1,12%), иммунорегуляторного индекса CD4/CD8 (1,11±0,11), NK-клеток (8,6±1,21%), B-лимфоцитов (5,6±0,21%), дефицит IgA, IgG2, IgM, IgE и критическое повышение АФП (235,5±15,7 нг/мл). После 3 месяцев ВВИГ-терапии статистически значимо возросли: CD4⁺ (24,4±1,53%, p<0,01), CD3⁺ (32,5±1,21%), NK-клетки (17,2±0,46%), B-лимфоциты (7,67±0,45%), фагоцитоз (82,5±1,28%). Уровень IgG нормализовался (9,55±2,14 г/л), АФП снизился в 3,6 раза (65,4±5,7 нг/мл, p<0,001). У одного пациента зарегистрирован летальный исход вследствие острой пневмонии, осложнённой дыхательной недостаточностью III степени. Выводы. Для синдрома Луи–Бар в регионе Приаралья характерна поздняя диагностика (средний возраст постановки диагноза — 14,5 года), обусловленная неврологической маской заболевания. ВВИГ-терапия обеспечивает клинически значимое улучшение клеточного и гуморального иммунитета, однако не приводит к полной нормализации - в первую очередь в B-клеточном звене и IgG2-фракции, что определяет необходимость пожизненного клинико-иммунологического наблюдения, регулярной заместительной терапии ВВИГ, профилактики инфекционных осложнений и своевременной иммунореабилитации пациентов.

Одной из ведущих гипотез, объясняющих рост заболеваемости населения развитых стран IgE-зависимыми патологиями, является гипотеза о ведущей роли аэрополлютантов, в том числе полициклических ароматических углеводородов (ПАУ). Известно, что ПАУ, такие как бензо(а)пирен (BaP), способны активировать в повреждаемых клетках молекулярные механизмы, связанные со стрессом ЭПР, в том числе эндонуклеазу IRE1. Целью данной работы был анализ влияния модуляторов данного фермента на гуморальный ответ при попадании в организм респираторного аллергена вместе с BaP. В работе использовались мыши линии BALB/c, иммунизация аллергеном овальбумином (OVA) производилась в течении 10 недель интраназально в присутствии BaP. Доза вводимого антигена составляла 0,3 мкг, а доза BaP 4 нг. Опытным группам вводили низкомолекулярные фармакологические ингибиторы IRE1 в дозах 3 мг/кг. Использовали ингибиторы 4µ8C и APY-29. Продукцию антител анализировали методом ИФА в сыворотках, фиксируя их титр. Введение BaP достоверно повышало продукцию аллерген-специфических IgE (p>0,001), IgG₁ (p<0,01), IgA (p<0,01) и IgG_2b (p<0,05), одновременно подавляя продукцию IgG_2a (p<0,01). В используемых дозах при интраназальном введении вместе с аллергеном фармакологический модулятор 4µ8С достоверно (p<0,05) и заметно (примерно в 5 раз) снижал продукцию OVA-специфического IgE, однако подавление продукции IgG₁ было ещё более достоверным и заметным (p<0,01, в 8 раз в абсолютном выражении). В обоих случаях, однако, блокирование продукции аллерген-специфических антител было неполным (в соответствующих группах сохранялась достоверная разница с группой отрицательного контроля). 4µ8C не оказывал достоверного эффекта на продукцию аллерген-специфических IgG_2a. Фармакологический модулятор APY-29 не оказывал достоверного эффекта на продукцию специфического IgE, в то же время достоверно (более чем на порядок в абсолютном выражении, p<0,001) подавляя продукцию аллерген-специфических антител класса IgG₁. Одновременно, в присутствии APY-29 в опытных группах наблюдали достоверно более высокую продукцию IgG_2a (на порядок более высокую в абсолютных значениях, p<0,01). Таким образом, модуляторы IRE1, в особенности 4µ8С, могут быть перспективны для применения при профилактике ранних стадий аллергопатологий, когда наиболее важно подавить формирование анафилактогенного IgE-зависимого иммунного ответа.

Наличие сенсибилизирующих, аллергенных свойств и раздражающего действия у мелкодисперсной органической пыли обусловливает актуальность изучения ответных иммунных реакций организма на экспозицию. Цель: изучить в динамике воздействие органической пыли на активность митохондрий клеток тимуса и селезенки, а также гематологические показатели у крыс. Материалы и методы. Эксперимент проведен на самцах белых крыс линии Wistar, которых подвергали воздействию органической пыли с размером частиц 1-10 мкм (замеры пылемером HTI-HZ-516-Y107435RS, Китай) и среднесуточной концентрации 15±4 мг/м³ с 1 по 60 дни. Затем животные содержались еще 30 дней в беспылевых условиях. В динамике изучали гематологические показатели (с помощью автоматического гематологического анализатора Abacus 5 Vet, Австрия), активность митохондрий тимуса и селезенки (окрашенных родамином 6 G и измеренных на системе визуализации «Evos M7000» Thermo Fisher Scientific, США в режиме RFP) и массовые коэффициенты этих же органов. Ткани легких подвергали гистологическому анализу, окрашивая срезы гематоксилином и эозином. Статистический анализ включал сравнение гипотез по U-критерию Манна-Уитни и расчет коэффициентов корреляции по Пирсону. Результаты. К 60-му дню у крыс диагностирован воспалительный фиброз легких; последующее 30-дневное содержание на беспылевом подстиле не привело к улучшению гистоархитектоники ткани, в которой выявляются участки диффузной и очаговой лейкоцитарной инфильтрации. На фоне развивающегося лейкоцитоза (с 12,30×10⁹/л в 0-й день эксперимента до 16,64×10⁹/л, p=0,016 – в 90-й день) и изменений в лейкоцитарной формуле (увеличение лимфоцитарного индекса по Б.Ф. Шагану с 1,70 до 2,19-2,68) установлен дисбаланс в энергообмене митохондрий тимуса и селезенки: снижение на 15,18 % (p=0,016) в тимоцитах и 5,69 % (p>0,05) в спленоцитах к 30-м суткам с последующим восстановлением до исходных значений в тимусе и 13,50 % (p>0,05) превышением в селезенке к окончанию эксперимента. Заключение. Воспалительный процесс, обусловленный хронической экспозицией органической пыли, проходит последовательные стадии снижения и увеличения энергообмена в тимусе и селезенке, что обосновывает целесообразность коррекции митохондриальной дисфункции в составе комплексной противовоспалительной терапии пылевых заболеваний. 30-дневная реабилитация животных в беспылевых условиях приводит к нормализации энергообмена в тимусе на фоне сохраняющейся повышенной активности митохондрий в селезенке.

Цель исследования состояла в оценке интегрированного воспалительного, нейроэндокринного и опухолевого профиля у пациентов с метастатической аденокарциномой немелкоклеточного рака легкого по сравнению с пациентами с ранней стадией заболевания. Выполнен сравнительный анализ двух клинических групп: 41 пациент со стадией IV, низкой степенью дифференцировки, множественным метастатическим поражением и выявляемыми циркулирующими опухолевыми клетками и циркулирующей опухолевой ДНК; 41 пациент со стадией I без признаков циркулирующего опухолевого материала в периферической крови. Оценивали воспалительные маркеры, включая фактор некроза опухоли альфа, интерлейкин-1 бета, интерлейкин-6, C-реактивный белок, сывороточный амилоид A, ферритин, скорость оседания эритроцитов и лейкоциты. Нейроэндокринный блок включал мелатонин, дофамин, серотонин, адреналин, норадреналин, кортизол и гистамин. Опухолевый блок включал цитокератиновый фрагмент CYFRA 21-1, карциноэмбриональный антиген, циркулирующие опухолевые клетки и циркулирующую опухолевую ДНК. В метастатической группе отмечалось согласованное повышение провоспалительных показателей, наиболее выраженное для фактора некроза опухоли альфа и интерлейкина-6, что отражает активацию системного воспаления. Одновременно было выявлено резкое снижение мелатонина и дофамина на фоне умеренного повышения кортизола, гистамина, серотонина и катехоламинов. Наиболее выраженные изменения среди опухолевых маркеров были характерны для циркулирующих опухолевых клеток и циркулирующей опухолевой ДНК. Полученные данные поддерживают концепцию, согласно которой прогрессирование аденокарциномы легкого сопровождается не только ростом опухолевой массы, но и перестройкой системного ответа организма. Комбинация цитокинов, нейроэндокринных медиаторов и жидкостной биопсии может рассматриваться как интегральная панель опухоль-хозяин для стратификации риска, динамического наблюдения и планирования проспективных иммунологических исследований. Работа имеет предварительный характер и требует подтверждения в более крупной когорте с индивидуальными количественными данными, стандартизированным временем забора крови и расширенным статистическим анализом.

Нейтрофильные внеклеточные ловушки (НВЛ) представляют собой фибриллярные структуры из деконденсированного хроматина и бактерицидных белков, играющие важную роль в патогенезе осложнений сахарного диабета. Особый интерес вызывают агрегированные формы НВЛ (агНВЛ) – макроскопические конгломераты, способные ограничивать воспаление путем деградации цитокинов, но одновременно создающие риск окклюзии сосудистого русла. Цель исследования: провести сравнительный анализ интенсивности формирования агрегированных и неагрегированных внеклеточных ловушек  (ВЛ) клетками различных фракций лейкоцитов периферической крови у пациентов с диабетическим поражением стоп.

В поперечное исследование были включены 73 пациента (53 с СДС, 20 с НОА) и 20 здоровых лиц контрольной группы. Анализ продукции ВЛ проводился раздельно во фракциях мононуклеаров и гранулоцитов с использованием флуоресцентной микроскопии. Формирование ВЛ оценивали в спонтанных условиях и при воздействии стимуляторов: тромбина и стимулятора бактериального происхождения.

В ходе исследования выявлено значимое повышение концентрации CitH3 в сыворотке крови пациентов с НОА (Me=7,12 нг/мл) по сравнению с контролем (Me=1,42 нг/мл; p=0,0003). В мононуклеарной фракции больных НОА зафиксирована максимальная интенсивность спонтанного формирования неагрегированных (Me=8,05% против 0,40% в контроле; p=0,0079) и агВЛ (Me=4,70% против 0,00%; p=0,0072). Стимуляция тромбином также показала гиперреактивность мононуклеарной фракции при НОА: доля неагрегированных ВЛ (Me=20,10%) значимо превышала показатели контроля (p=0,0003) и группы СДС (p=0,0067). Также в группе НОА отмечен статистически значимый рост количества тромбин-индуцированных агВЛ (p=0,0155). При микробной стимуляции значимое увеличение уровня агрегатов наблюдалось у пациентов с НОА в мононуклеарной фракции (p=0,0051) и у пациентов с СДС в гранулоцитарной фракции (p=0,0055).

Таким образом, пациенты с НОА характеризуются повышенной спонтанной способностью клеток мононуклеарной фракции к формированию как агрегированных, так и неагрегированных ВЛ по сравнению с контрольной группой и группой пациентов с СДС. Повышение способности к формированию ВЛ наблюдается у больных с диабетическим поражением стоп в условиях происходящего in vivo нетоза, о чем свидетельствует повышение уровня citH3 в крови. Обнаруженные во фракции мононуклеаров нейтрофилы низкой плотности (15-30%) могут являться основным источником формируемых ВЛ, что требует дальнейшего изучения их роли в патогенезе НОА.