Агзамходжаева Нозимахон Улугбековна – к.м.н., доцент кафедры внутренних болезней Profi University; соискатель Института иммунологии и геномики человека Академии наук Республики Узбекистан
100213, г. Ташкент, ул. Хусайн Байкаро, 117.
Nozimaxon U. Agzamxodjayeva - PhD (Medicine), Associate Professor, Department of Internal Diseases, Profi University; Applicant, Institute of Human Immunology and Genomics, Academy of Sciences of the Republic of Uzbekistan
117 Khusain Baikaro St Tashkent 100213
Д.м.н., ведущий научный сотрудник отдела клеточной терапии
Ташкент
PhD, MD (Medicine), Leading Researcher, Department of Cell Therapy
Tashkent
Д.м.н., ведущий научный сотрудник отдела поликлиники
Ташкент
PhD, MD (Medicine), Leading Researcher, Polyclinic Department
Tashkent
Заведующая кафедрой внутренних болезней
Ташкент
Head of the Department of Internal Diseases
Tashkent
Постковидный синдром, или Long COVID, сопровождается длительным системным воспалением и сосудистой дисфункцией, особенно выраженными у пациентов с артериальной гипертонией. МикроРНК, в том числе miR-155 и miR-28, рассматриваются как потенциальные молекулярные маркеры указанных патологических состояний. Целью настоящего исследования являлась оценка экспрессии miR-155 и miR-28 у пациентов с Long COVID в зависимости от наличия гипертонической болезни, а также анализ их взаимосвязи с показателями воспаления и нарушениями сосудистой функции. В исследование были включены 102 пациента, обследованные спустя не менее четырех недель после перенесенной коронавирусной инфекции. Были сформированы две группы: пациенты с гипертонией (50 человек) и без нее (52 человека). Определение уровней miR-155 и miR-28 в плазме крови проводилось методом количественной полимеразной цепной реакции в режиме обратной транскрипции. Проведены статистические расчеты и корреляционный анализ. У пациентов с артериальной гипертонией выявлена повышенная экспрессия miR-155 и снижение уровней miR-28, что сопровождалось увеличением концентрации маркеров воспаления, таких как С-реактивный белок, интерлейкин-6, натрийуретический пептид типа B и продуктов деградации фибрина. У пациентов без гипертонии эти показатели были более стабильными. Полученные данные указывают на то, что miR-155 и miR-28 могут отражать степень воспалительной и сосудистой активации у пациентов с Long COVID. Ассоциация гипертонии с нарушением регуляции указанных микроРНК подчеркивает их потенциальную значимость для стратификации риска и мониторинга состояния пациентов после перенесенной инфекции.
Post-COVID syndrome, known as long COVID, is characterized by prolonged systemic inflammation and vascular dysfunction, particularly in individuals with arterial hypertension. MicroRNAs, such as miR-155 and miR-28, are regarded as potential molecular markers of this pathological condition. This study aimed to evaluate the expression patterns of miR-155 and miR-28 in patients with long COVID depending on the presence of hypertension, and to evaluate their associations with markers of inflammation and vascular impairment. A total of 102 patients were examined at least four weeks after recovery from COVID-19. Two groups of patients were formed, i.e., individuals with or without arterial hypertension (respectively, 50 and 52 subjects). Plasma levels of miR-155 and miR-28 were measured using reverse transcription quantitative PCR. General statistical and correlation analyses were performed. The results demonstrated that patients with hypertension exhibited elevated expression of miR-155 and reduced levels of miR-28, along with increased concentrations of inflammatory markers such as C-reactive protein, interleukin-6, B-type natriuretic peptide, and fibrin degradation products. In contrast, normotensive patients showed more stable biomarker profiles. These findings suggest that miR-155 and miR-28 reflect the degree of inflammatory and vascular activation in long COVID. The association between hypertension and dysregulation of these microRNAs highlights their potential utility for risk stratification and post-infection monitoring in affected individuals.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.